О книгоедстве

ДА И БЕССЛАВНОЕ ЕЕ ОКУЧИВАНИЕ ВОСТОРЖЕННЫМИ ДИФИРАМБАМИ ГРЯДУЩЕГО КОНЦА ВСЕЙ ТОЙ И БЕЗ ТОГО ДАВНО УЖ ВКОНЕЦ СГНИВШЕЙ ПЛЕСЕНИ ВСЕГО ТОГО КРАЙНЕ ГИБЛОГО ЖЕ МИНУВШЕГО…

И в том подвально же сыром и темном грядущем, всему этому обязательно будет всецело уделено довольно-таки пристальное внимание со стороны тех, кто вновь сколь еще вполне полноправно захочет разом захомутать массы при помощи сладковатой на вкус, но очень горькой по всем плодам своим, донельзя вот осатанелой атеистической идеологии.

23

Нет, конечно, обсуждение перспектив лучшей жизни всегда неотъемлемо во всем важно и полностью на редкость более чем всеобъемлюще исключительно нужно.

Однако уж должно было чему-либо подобному происходить никак не на почве беспримерно ярого отрицания всего того доселе минувшего.

Да и самим процессам явственного улучшения всей общественной жизни всецело этак следовало идти одним лишь разве что мирным путем истинно постепенного преображения реалий нынешнего века, раз ему всеми теми резкими порывами ветра и может еще чисто ведь в единый миг попросту же совсем сорвать крышу…

Ну а тот новый дом для всего общества и за целый век никак не построишь, а потому только и остается, что всеми силами укреплять стропила всего того старого дома, а никак не расшатывать их еще больше.

Однако для безумно ярых либералов был чудовищно оскорбителен сам факт, что то древнее и крайне на редкость в чьих-либо глазах донельзя обветшалое здание векового самодержавия и по сей день почему-то сколь нелепо и неправо и поныне точно также все еще совсем так безбедно же существует.

А это ведь их явно уж и доводило как есть и впрямь чисто этак именно до белого каления.

Они хотели света и разума, а дождались тьмы и всевластия тупой силы и крайне вот осатанелого невежества.

А между тем той нынче полностью и навсегда разом канувшей в лету Российской империи до тех еще доподлинно лучистых и светлых дней было некогда вовсе и близко никак вовсе-то совсем недалеко.

И надобно было только и всего более чем благоразумно и трезво всею душой никак не наспех разом улучшить жизнь всего общества.

Однако ничего подобного было никак не достичь путем самой еще скорой и отвратительно насильственной смерти всех тех нисколько неординарных людей, что и вправду весьма выгодно отличились от серой и гомогенной массы почти безынициативных обывателей.