Лаис Разящая

Словно нарочно, чтобы позлить менестреля, но конечно же, это только кажется, вырос он давно из этого, да и зачем эти игры, если к нему в постель и так придёт любая… Впрочем, именно в этой игре что-то есть. – Всё, что пожелаете.

Девушка-альд обозначает поклон, молча. Руслана несмело теребит его рукав, и Ирислав с удивлением обнаруживает, что совсем о ней забыл, всё внимание его поглощено госпожой Аделаис, он – вот уж нонсенс! – отслеживает её взгляд: как она посмотрит на менестреля? С тем же огнём, что и у него? Хотя ясно как, раз пришла за ним в тюрьму… и всё же…

Пока что госпожа Аделаис не даёт ему повода… князь сам не знает, повода для чего, но взгляд девушки устремлён именно на Его Светлость… как, в общем-то, и полагается по этикету.

Не стоит забывать, есть ещё этот грешный этикет…

Айвор выходит из поспешно открытой камеры, на секунду задерживается напротив Лаис, кажется, пытаясь поймать взгляд изумрудных глаз, и, потерпев неудачу, устремляется к выходу. Князю достаётся вопиюще неучтивый поклон – практически на ходу, но Ириславу всё равно.

В этой неожиданной сцене он не чувствует себя ни оскорблённым, ни проигравшим – она смотрит на него. Пусть бы это и этикет, чёрт с ним…

– Итак, – прищуривается Ирислав, откидываясь на излишне мягкую спинку сиденья в экипаже, – в свободное время вы спасаете мужчин, госпожа Аделаис…

Лаис, охотно принявшая предложение вернуться в крепость в экипаже, чуть улыбается:

– Только самых… интересных.

Руслана молчит, во всю рассматривая девушку-альда, и в глазах её чуть ли не больше восторга, чем у менестреля… Ирислав хмыкает.

Госпожа посол непроста, очень непроста. И польстила, и подзадорила, и ни капли смущения…

– Мои люди были достаточно вежливы?

– Даже слишком, – снова одаривает его ослепительной, но ничего не означающей улыбкой собеседница. – Отказались драться, представляете?

– Я рад, что благоразумие им не чуждо, – хмуро отзывается князь. – Пусть и в недостаточной степени, чтобы вообще не нарываться.

Скажите, если я должен кого-то наказать.

Девушка еле заметно качает головой, и за это Ирислав ей отдельно и особо благодарен. Ему не хочется ни наказывать своих дружинников за пару неосторожных, вряд ли вообще предназначавшихся для ушей девушки слов, ни ссориться с альдами…

Госпожа посол переводит изумрудный взгляд на Руслану. И улыбается уже ей, совсем по-другому – менее ослепительно, но куда теплее.

– Я – Лаис, – представляется она.