Смерть в объятиях прибоя

На её памяти он ни разу не осмелился открыто поухаживать за девушкой, даже намекнуть кому-либо из них о своей симпатии. Но ведь не железным он был, в конце концов. И не голубым, она иногда замечала, как он издали смотрел на Ольгу, Дину или Кристину. Просто он раз и навсегда решил для себя, что лучше даже не пытаться проявлять свои чувства. Потому что был уверен, что их отвергнут. Так что лучше молчать, чтобы не получить ещё один удар по самолюбию или плевок в душу.

Тут Никита обернулся и посмотрел на неё.

Глаза его были печальными, словно у большой старой собаки. Жене стало неудобно, что она так в упор рассматривала его, наверняка он почувствовал. В камине тлели уже только угли, по которым изредка пробегали прозрачные язычки пламени, и в свете этих призрачных протуберанцев лицо Гоблина казалось сказочно мудрым.

Митя тихо разговаривал о чем-то с Васей Пинчуком, Вася постепенно обретал нормальный цвет лица и перестал пыхтеть, словно паровозик, что было обычным признаком Васиного волнения и негодования.

– 

Женька, тебе налить вина? – Ольга потянулась к бутылке.

– 

Давай. Пожалуй, сегодня лучше выпить, как следует, иначе не засну. – Женя перевела взгляд на стену, где вчера висело казавшееся декоративно-игрушечным оружие. – А арбалет куда делся?

– 

Не знаю, наверное, сняли, чтобы глаза не мозолил. Держи! – Ольга передала через Дину стакан и уселась, нахохлившись и сцепив пальцы на коленях. И это Ольга, которая когда-то ради прямой спины простаивала по часу в день у стены с книжкой на голове.

И чтобы лопатки непременно касались обоев.

– 

Вы мне можете объяснить, что тут случилось, отчего Алина и Борька сбежали?

– 

Жень, просто нервы у всех сегодня ни к черту. Не нужно было Борису начинать этот разговор про Кристину. Вот и договорились бог знает до чего.

– 

А до чего мы договорились? – внезапно ощетинился Вася. – До того, что Алька Кристинке тогда настоящую подлянку устроила! Крыське и так хреново было, а тут Алинушка со своими откровениями.

И Сашка тут точно при чем-то был…

Никита внезапно швырнул кочергу в угли, так, что кверху взвились искры, и резко встал. Женя подумала, что он сейчас схватит Васю за грудки, но он только сумрачно глянул на него и пожал плечами:

– 

Если точно не знаешь, при чем, то и молчи лучше. А то, как Наденька, ей-богу…

После этого он уселся в кресло, выбрав, как всегда, стоящее в самом углу, и замолчал.