Смерть в объятиях прибоя

Вернуться? Она повздыхала, топчась на месте, поправила сползшую с плеча бретельку и упрямо пошла вперед, наступая на осыпающиеся лепестки магнолий и пытаясь считать проносящихся в темноте светлячков. Пахло прелой листвой и почему-то бензином. Наверное, неподалеку был гараж, и там этот бензин кто-то разлил. Или просто запах был настолько чужероден, что чувствовался даже в мизерных концентрациях.

– 

Вначале я гуляла с Диной Марцевич, потом одна. Переоделась и, спускаясь по лестнице, увидела внизу в холле Гоблина с мечом.

Потом встретила Вершинина в аллее, ведущей вправо от дома, но он быстро ушел.

Господи, как все это безжизненно звучит. Как будто она берет живой цветок и сушит его раскаленным утюгом. Получается нечто серое и плоское, как упаковочный картон.

Аллея неожиданно закончилась, вернее, уперлась в забор и повернула направо. Женя помнила, что в той стороне должны были располагаться двор, гаражи и ещё какие-то строения. Туда ей идти не хотелось. В свете звезд она высмотрела в сплошной массе зелени узкую тропку, ведущую налево и вниз – к морю.

И свернула на неё.

Прохладные листья приятно касались кожи, и Женя старалась не думать, какие мелкие и перепуганные хитиновые зверушки могут сидеть на них. Отчего-то совсем не было комаров. Или у моря их не бывает? К своему стыду, она не помнила.

Голоса она услышала сразу. Резко остановилась, едва не выскочив на освещенное луной пространство. Осторожно выглянула из кустов, но вначале ничего не рассмотрела.

Потом только поняла, что кто-то сидит в шезлонгах на пирсе и разобрать, кто это, отсюда невозможно. Но голоса она узнала. Алина и Сашка. И когда Сашка успел забраться на пирс?

– 

Скотина! – голос Алины звучал приглушенно, очевидна она знала, как хорошо тут, над морем, слышно разговаривающих. – И всегда был скотиной!

– 

Ну да, ну да, а ты всегда была невинной девочкой, и только злой и гадкий я портил тебе жизнь, – насмешливо произнес Сашка. Потом, подумав, грязно выругался.

Звякнуло стекло. – Пасешь своего боровка, на его денежки цацки покупаешь, а он, наивный, о твоих похождениях ни сном, ни духом… Шлюха!

Женя резко повернула назад. Подслушивать – гадко… И зачем она пошла сюда? Но и эти хороши – нашли место для выяснения отношений! За спиной простучали каблуки. Наверняка, это Алина убежала с пирса. А Сашка? Да ну их…

Женя почувствовала себя одинокой и никому не нужной. Что-то больно ударило её по коленке. Скамейка.