Титановая бабочка

– Зачем ты выпил эту штуку?

– Ты волнуешься за меня? – с усмешкой спрашивает коллега.

Но я не успеваю ничего ответить. Меня резко ведет в сторону против моей воли. Такое бывало и раньше, но дома, когда коллеги не видят. Теперь же падаю на глазах у Дорогуши. Прихожу в себя на кушетке.

– Что с тобой? – строго спрашивает хирург- протезист.

– Да так… не выспалась просто. Обычное дело.

Он не дает мне встать. Проникновенно смотрит в глаза, словно хочет разглядеть что- то на дне моих зрачков.

– Давно ты в обмороки падаешь? – его рука впивается в мое плечо.

– Неважно! – отбиваюсь от него и привстаю на жестком ложе. – Мы сейчас должны обсудить твое состояние.

Чтобы хоть как- то держать в состоянии работать последних дееспособных, на каждом заводе держат таких, как я. Мы – вопипы – врачи общей практики и психологии. Бегаешь по участку, как укушенная стаей диких пчел, следишь за состоянием других. Сутки через двое. Помимо меня есть еще Стрекоза и Мотылек.

– У меня все по- прежнему, – Дорогуша стискивает пальцы на руках до красноты.

– Зачем тогда поднимаешь себе настроение искусственно?

– Послушай, Бабочка, тебе нехорошо. И я это вижу невооруженным глазом.

– Да что ты там видишь…

– Ты сегодня завтракала?

Простой вопрос вызывает мурашки, которые на секунду захватывают мою кожу между лопаток. У меня давно никто таких вещей не спрашивал. Я живу для других. Не для себя.

– Да, – отвечаю нетвердо. – Ты от темы не уходи.

– Ты не завтракала. Я это вижу. Ты совсем бледная.

Дорогуша игнорирует мои лекции про психическое состояние. Он достает свой чемоданчик, вынимает два бутерброда и термос.

– Поешь, пожалуйста, – он не приемлет отказа.

– Что ты начинаешь!

Мы, на самом деле, с врачом видимся редко. В случае травм на заводе я помогаю остановить кровь, обработать раны. Потом пострадавшие сами идут к Дорогуше, если им нужно заменить кость, сустав, конечность. Хотя мне тоже два года назад понадобилась новая коленная чашечка. Тогда мы познакомились с Дорогушей ближе.

– Я расскажу тебе, что со мной не так, если ты позавтракаешь.

Синие глаза с сизыми, словно мраморными, лучиками смотрят настойчиво.

– Да я не голодная. И вообще!

Хочу встать, но головокружение предательски прибивает меня к кушетке. Хирург сердито сопит, садится рядом и начинает чуть ли не силком запихивать в меня еду.