Синий шиповник

– Твои ощипанные орлы тебя заждались, – бросил через плечо нам Гоша, стоя у окна.

– Георгий, это наш оператор-постановщик. Валерий.

Они пожали друг другу руки.

– Вы ее зря трогаете, – ассистент решил сразу, видимо, поразить своим юмором.

– От чего же?

– Кусается.

– Это интересно, – темно-серые глаза выражали заинтригованность.

На следующий день, наконец, мы собрали людей для роли шведского короля. После четвертого кандидата Георгий обошел все Роскино, но Олафссона не нашел.

– А где этот Наутилус Помпилиус? – озадаченно спросил ассистент у меня.

– Не знаю.

– Дела. Наверное, его так в Норвегии приморозило, что он забыл, для чего сюда приехал. Ладно-ладно.

Мы пошли в гостиницу. Но там сказали, что уже три дня иностранный гость не появлялся.

– Действительно, интересный сюжетный поворот, – растрепал себе прическу мой друг. – А, кстати, Кира появлялась? Может, она его в Байкале утопила?

– За что?

– Простудилась и разозлилась.

– Гоша!

– Я бы разозлился.

Когда мы позвонили в дверь Ивановой, она выглядела испуганной.

– Как здорово, что вы пришли! Он уже третий день от меня не отлипает. А сейчас поедает печенье.

На кухне, действительно, сидел норвег. Он пожал нам руки.

– Вот он, сын яростных викингов, – провозгласил Гоша. – Я поражен, мистер Олафссон. Вы знаете, какой сегодня день?

– Ты слишком быстро сказал, он не понял, – устало проговорила Кира. – Пожалуйста, просто заберите Паулуса. Я его стесняюсь…

– Пол, – я положила руку на плечо актеру, стараясь говорить медленно.

– Забыть, простите, – он виновато глянул на меня.

– Ладно. Следуйте, пожалуйста, за нами.

На улице Гоша разразился сердитой тирадой, запрещая мне проводить пробы норвегу.

– Он безответственный, – указывал ассистент на Олафссона. – Он псих.

– Я виноват, – глаза Пола были печальны. – И у меня – один день.

– Наверное, у Киры печенье с секретом, – не выдержал Георгий.

– Успокойся.

С трудом удалось убедить ассистента, чтобы он шел вперед и готовился к кастингу.

– Пол, что с вами? Вы приехали раньше всех и вдруг забыли про свою цель, – мы встали на углу улиц, не доходя до Роскино.

– Вы любить, Полина? – высокий мужчина покраснел, опустил взгляд. – Кого-нибудь любить?

– Да, бывало со мной такое, – я надеялась, что правильно поняла иностранца.