Синий шиповник

В очередной раз на построении в смотровой управляющий сказал Феликсу, чтобы он собирал вещи.

– На Колыму поеду, – спокойно сообщил мне проститут. – Там добыча золота, нужны рабы.

– Но как же я? – по моему лицу текли горькие слезы. – Ты обещал сняться в моем фильме. И мы…

– Моя Феллини, – мужчина погладил мою щеку. – Это жизнь. Она такая. Она бьет нас наотмашь, но нужно держать удар и отвечать. Слышишь? Не терпи унижений, не давай себя обманывать.

В комнате матери я кидалась вещами и орала:

– Не отдавай Феликса! Он мой друг!

– Ты все еще маленькая и глупая, – ответила она, сверкая глазами.

 – Он уже ни на что не годен. Его продали еще твоему отцу пятнадцать лет назад. Феликс истрепался.

– А кто будет со мной дружить?

– Друзей и любовников надо искать среди свободных, – отрезала мать. – Иди займись чем-нибудь полезным, наконец.

Я захлопнула за собой дверь. Рыдала, не прекращая. Своего отца я почти не видела. Потом он вовсе умер. И мне нужен был кто-то рядом.

В тот момент я поняла, что моим самым большим везением стало, что Феликс увидел во мне дочь, о которой мечтал. С ним я читала исторические драмы, мечтала о кино, чувствовала себя за под защитой от безразличного мира. Во время прощания проститут вручил мне книгу об Андрее Боголюбском.

– Я думал, вместе почитаем. Но теперь она нужнее тебе.

Я храню подарок и сейчас, перелистываю, рассматривая вздувшиеся страницы от слез, закладывая между ними листы с воспоминаниями об уходящей жизни.

Егор утешал тогда меня, как мог. Он использовал все ласковые слова, которые знал, нежно меня обнимал, стерег мой сон по утрам. Тогда я поняла, как важно умело скрывать свои чувства. Второй потери я бы не выдержала. Я привязалась к Егору еще сильнее. Теперь с ним я читала книги и смотрела на звезды. Но теперь это созерцание затягивалось, продолжалось поцелуями и клятвами в вечной любви до утра.

– Я ничуть не лучше тех самых девушек, которые платили твоему отчиму, – проговорила я в очередное нежное и неспешное утро.

– Теперь ты глупенькая, – лицо любимого на подушке было так близко. – Я же не могу без тебя жить.

– Тогда давай сбежим.

– Хорошо!

Я продумывала план, как можно незаметно покинуть публичный дом. Наконец, Егор предложил связать одеяла, которые служили нам крышей во время наших ночей. Спускаться мы должны были из моего окна, потому что апартаменты проститутов были защищены от побега решетками.