Локаин

Меняю цвет на такой же, как и у собеседницы.

– Ну, я же сказал, что я сильф.

Она встает, не отводит недоверчивого взгляда, обходит кругом. Причем в позе женщины чувствуется желание бежать прочь. Одно из самых логичных решений. Я бы тоже улетел, но дальше пятидесяти метров от подвески нельзя уходить. Сразу прискачет летучий отряд и так меня отходит молниями, что придется притворяться мёртвым лет пятьдесят точно. В целом, это немножко. Но это тоже штраф. Мол, я не работал. Ну, подумаешь пару минут отдыхал…

– Их не существует.

– Как же не существует, если вот он я.

– Хорошо, – блондинка взялась за голову и горестно застонала. – Почему вы тогда чуть меня не раздавили?

– Э… я не вижу, куда меня выбрасывает магия из кулона.

– Из кулона?

– Да.

– Из этого?

Смертная указывает на мою тюрьму. Чёрный обсидиан в серебряной оправе. Рядом с вещицей рассыпан порошок, валяется губка. Да ты ж моя заботливая. Чистила мою клетку. Поэтому и вызвала.

– Ага, – боюсь смотреть на минерал слишком долго, хотя он меня не затянет без желания своей новой хозяйки.

– Две тысячи двадцать первый. Россия. Екатеринбург.

– Здесь я еще не был, – говорю и осознаю, что отдыхал всего лишь три года. – Хорошо… а своё имя мне скажете?

– Зачем вам?

– Видите ли, милейшая, – главное не давать воли нотам раздражения, – я тысячелетия сижу вот в этом артефакте. Моя задача вырваться из его плена. А для этого я должен служить на благо людям.

– Угу, – кивает женщина.

Она уже не трясется, но из поля зрения меня не теряет.

– Так как же к вам обращаться, дражайшая?

– Оля.

– Мне, пожалуй, нужно ваше полное имя.

– Ольга.

– А, это как княгиню. Она там… ой, да и ладно… неважно, что она хотела…

– Вы про княгиню Ольгу? Вы её знали?

Любопытство у смертных всегда сильнее, чем инстинкт самосохранения.

– Кхм. Ну да. Было дело. А вы думаете, уж прямо ни у одного голубя огонёк не потух, пока они летели.

Ольга смотрит на меня огромными глазами с расширенными зрачками.

– Ах да. Паркет. Простите.

Воздеваю руку над разбитым полом и заставляю дерево срастаться заново и укладываться в узор. Женщина отступает за дверь с мистическим ужасом, написанным на ее лице. Да это же логично, что я из потустороннего мира, следовательно обладаю магической силой.