Ты полюбишь вновь

– Никогда не поверю, что твоя очаровательная попка не поместилась в проем.

– Ты думаешь у меня она была такая очаровательная и маленькая, что могла бы пролезть в форточку?

– В форточку?

– Ну да. Основное окно я открыть не могла, а форточка стояла на проветривании. Ну туда и полезла. Как-то папа рассказывал, что если голова пролезла, то и все тело тоже пролезет.

Саша с Полиной лежали на диване в обнимку и смотрели какой-то наитупейший американский фильм, где смешались все стили от романтической комедии до пробирающего триллера.

– В общем, пролезла только половина меня, верх, а низ застрял. И представь теперь лицо моей бабушки, когда она возвращается домой, а из форточки торчит ее внучка.

– Досталось?

– Ага. Она зашла в дом и по заднице мне надавала. Я же даже сделать ничего не могла. Застряла ведь.

– Полина, твоя попка вечно ищет приключения?

– Нет, но вот сцену, как застрявшая я ору в форточке, а с другой стороны бабушка меня лупит, видели все соседи.

– Сколько тебе было лет?

– Не помню. Лет пять-шесть. Не больше.

– Ты знаешь, я что-то даже вспомнить не могу. Наверное, я идеальна, – улыбнулась она, показывая все свои тридцать два.

– Поля, Поля, не бывает идеальных людей. Ты просто маленькая лгунишка. Не хочешь мне открываться, да? – провокационно спрашивает Руслан.

– Прости. Для меня это очень тяжело.

– Я готов ждать, Поль.

Бокалы, из которых они пригубили только по разу, оказались на том же столике, что и были прежде. Взяв Полину за руку, Руслан притянул ее к себя. Тепло его тела такое желанное, касания нежные и привычные. От них нет тока, пружина не закручивается, а дыхание не сбивается. Но оно приятное.

Руслан целует нежно. Пробует ее, вкушает, как отравленное яблоко, То, что она отравлена, Руслан знал. Она отравлена кем-то до него. Загублена. Такое яркое, вкусное, сочное, но с привкусом горечи, которое разливается потом по венам зеленым ядом.

Руслан расстегивает ее платье, пуговка за пуговкой, медленно. Под ним только красивое белое белье, как на той фотографии, его любимой. Он сделал ее случайно. Полина стояла боком к нему, уже готовая уйти, скрыться, закрыться в своей скорлупке. А потом она увидела маленькую фарфоровую статуэтку. Она стояла на полке, как сувенир.