Наши побеждают везде

 – Разве я бы не помог?

– Для того, чтоб ты мне сказал что сказал, – внешне спокойно отозвался тот, кто нынче не мог себе позволить надолго роскошь разгуливать без тела, однако собирался это сделать уже через несколько минут. – И нам придётся действовать немедленно, иначе мы просто не успеем, – так, три-два, дыхалка в норме, сейчас мы просто делаем вид что задремали в качелях, пульс почаще, сил должно хватить… – Понимаешь, Христофор, он уже получил известие что его врага мы прикончили – а потому особого смысла в дальнейшем существовании парень может и не видеть, он тут болтается в нашей реальности почти полтора века один как перст, это задалбливает.

Разговор грозил затянуться, но тут наконец случилось то, чего дожидался Сашка: над вершинами кедровых крон как будто мелькнула падающая звезда… Казалось, стук каблуков об гранитные плиты садовой дорожки был слышен наяву… Генри был в своей сияющей парадке из будущего, но без плаща за плечами, который нынче был у него намотан на правую руку, как и на старых его портретах, ещё с Вандейской кампании…

– В чём дело, Саша? – вроде бы не запыхавшись, выдал он по-русски фактически без акцента, впрочем, вероятнее так просто слышал его тот к кому обращался этот вчерашний юноша, который уже не выглядел вечно двадцатилетним, а мог вполне сойти и за сорокалетнего.

– Разворачивай борт, Генри, – глубоко вздыхая, поспешил ответить Сашка, сейчас его полтинник совсем не читался на его посвежевшем на таёжном воздухе лице. – Нужно подпортить кровь нашим соперникам. Ты цел, я вижу?

Да уж, века идут, но парень не меняется, молча усмехнулся про себя русский офицер, наблюдая коронный жест Генри, когда он гасит эмоции – якобы беззаботно откинуть чёлку со лба, что вечно наползает на нос… Таким его и японские аниматоры запечатлели, честь им и хвала…

– Не дождутся якобинцы, – лихо прорычал гость, от души подбросив плащ в воздух над головой… – Опять с тебя считывать курс, Саша?

– Яволь, – едва слышно произнёс в ответ тот – он аккуратно встал из собственного тела, оставшегося полёживать обняв ноут, и приблизился к напарникам.