Шуго и Рвущий связи

У каждого торговца был запас порошка Допутур на случай, если кто-то из пленников решит взбунтоваться. Более едкую смесь готовили охотники, ведь Шуго – необычайно могущественные создания, и порой, чтобы их поймать, приходилось идти на грязные трюки и уловки.

– Скоро, мой дорогой, уже скоро, – воркующим голосом приговаривал Ангор. – Ты будешь моим преданным слугой, а я – твоим господином.

Зверь, прижав уши, оскалился. Мужчина расхохотался, пряча бархатный мешочек обратно.

– Не бойся, ох, мой дорогой Шуго.

Я буду заботливым хозяином для тебя. Когда ты станешь моим, тебе не придется более жить в ржавой клетке и питаться помоями, ты поселишься в хоромах и есть будешь лишь отборное мясо.

Вдоволь потешив свое самолюбие, Ангор отправился спать. Зверь же, оставшись один, растянулся во всю скромную длину своей тюрьмы. Лапы упирались в железные прутья, и только хвост свободно проскальзывал наружу. Недовольно фыркнув, лев опустил морду и закрыл глаза. Черный нос засопел в ночной тишине, а рыжая шерсть в уголках глаз стала мокрой.

Он… плакал. Могучий Шуго, обязанный всю жизнь служить одному человеку, был обречен развлекать дворян и угождать самовлюбленному господину.

Лев уже давно потерял всякую надежду на спасение.

Утром к главному входу в дорогой постоялый двор подъехала большая повозка с запряженными гнедыми лошадьми. Похожий транспорт использовали киирские караваны, чтобы перевозить Шуго, но у этой был чересчур торжественный вид. Многочисленные украшения в виде кованых растений и позолоченный герб знати, закрепленный на колесах, привлекали внимание случайных зевак.

Стоило первым утренним лучам солнца коснуться отполированных железных креплений и узоров, как повозка засияла рыжим огнем жаркой пустыни.

Строй из темнокожих мужчин, вооруженных острыми копьями или одноручными мечами, окружил собственность господина Данока. Двери постоялого двора открылись, и местные слуги тут же засуетились, закрепляя расписные створки и расстилая длинный алый ковер вплоть до самой повозки.

Как только все было готово, они заняли места по краям дорожки и, склонив головы, застыли в ожидании. В дверях показались киирцы, тянущие за собой груз.

На ковровый путь вкатилась огромная клетка с черными, как копоть, прутьями. Слуги любопытно подглядывали, желая своими глазами увидеть настоящего волшебного зверя.

Лев, заранее одурманенный Допутуром, лежал на боку, не моргая, не шевелясь.