Беглянки

Через порог нашей палаты – мы с ней почти поравнялись, шагнули Любаня и Елена Прекрасная. Рты до ушей, вместо глаз – ледяные щели.

– Нет! – крикнула Гелия, но свернуть я уже не успевала.

Колесо врезалось Прекрасной в коленку, коляска встала на дыбы, сильный толчок швырнул меня на пол. Вскакивая на ноги, я увидела, как Гелия, извернувшись, взмахнула мечом дважды, и голова Прекрасной вдруг прыгнула с плеч, в подставленные руки Любани. Безголовое тело суетливо шарило вокруг себя руками. Сейчас ударит фонтан крови!

В панике я присела, по макушке что-то жестко чиркнуло, в живот Любани воткнулся кусок железного прута.

– Сим – ка, спасайся! Беги в палату! – заорала Гелия. Я увидела, что санитарка летит на нас длинными прыжками, наводя мне в лоб непонятную конструкцию, вроде якоря. Над головой свистнуло, клинок Гелии вышиб сноп искр, и второй металлический дрын со звоном впилился в люстру. С запозданием я поняла, что это в меня стреляют.

Я дернула на четвереньках прочь, сшибив забытый у стены штатив капельницы, шест отлетел под ноги безголовой Елене, она покатилась, как кегля.

Любаня швырнула в меня ее головой и прыгнула за каталкой. Она обрушилась бы на Гелию всей тягой, но столкнулась в воздухе с такой же тяжеленной санитаркой, и обе с грохотом рухнули, образовав на полу кучу сплетенных тел.

Я развернула проклятую каталку заново и поволокла по коридору. Только бы успеть запереться в сушилке, сразу им дверь не выломать.

Гелия, закусив губы, бешено крутила колеса руками, мы вновь промчались мимо поста, сзади нарастал грохот погони, яростные вопли на неизвестном языке.

Огненный шар размером с яблоко врезался в стенку и лопнул, разнеся в щепки ближайшую дверь. В палате раздались испуганные вопли, захлопали еще двери. Сушилка была уже рядом, и тут мои ноги поехали, коляска заскользила юзом и едва не вырвалась из рук.

– Проклятый вазелин, тут же пол скользкий!

Я врезалась в дверь сушилки, рассадив, кажется, лоб, по лицу потекло что – то противное теплое.

Оно не давало смотреть, я вслепую искала скважину. Пальцы Гелии сжали мою руку.

– Дай ключ.

Клацнул запор, и тут меня схватили сзади железные лапы.

– Гелия, беги! Запри дверь!

Последним усилием я толкнула кресло внутрь, дверь хлопнула, в нее с размаху врубилась разогнавшаяся на вазелине Любаня – и прилипла, как распластанная жаба. Меня шваркнули об стенку так, что я на минуту увидела коридор в оранжевом, как бенгальский огонь, свете.