Чёрный конверт пуст…

Я представлял во сне, как потешно будут выглядеть девчонки поутру – все со смеху попадают! Сенька обзавидуется моему героизму.

Несколько часов пролетели как один миг, и я мог бы еще долго наслаждаться предутренней негой, если б не странное ощущение тяжести на груди. Я открыл глаза. Рассвет только-только забрезжил, создавая причудливые тени и силуэты на стенах и потолке. Потом мой взгляд переместился ниже, и совершено неожиданно чуть повыше своего живота я обнаружил… сапог. Это был настоящий резиновый зеленый сапог, удобно примостившийся поверх простыни.

Я недоуменно протер глаза – с чего это сапогу вздумалось полежать на мне с утра пораньше?

– Кыш! – спросонья воскликнул я, смахивая его с себя.

Но упрямый сапог отпружинил и вернулся ко мне, стукнув по локтю.

Не понимая, что происходит, я подскочил на кровати:

– Чтоб тебя!..

На соседней кровати Семен, подняв голову с подушки, проворчал:

– Серый, рано еще сапоги надевать, дай поспать! Ты бы еще куртку под простыней напялил, ага.

Я опять попытался скинуть с себя упрямый сапог, но тот повис на моей руке, раскачиваясь, и как я не мотал его из стороны в сторону в проходе между кроватями, тот не хотел отцепляться.

Привидение. Мистика.

Вдруг где-то за окном до меня донеслось чье-то неприличное хихиканье. Я повернул голову и обомлел – через стекло на меня смотрели жуткие размалеванные рожи, делая при этом неимоверные мимические выкрутасы носами, языками и ушами. Рож было три, и все похожи на черепа с торчащими клыками.

Я попробовал было запустить в окно зеленым сапогом, но тот снова, как бумеранг, вернулся ко мне, не пролетев и метра, больно стукнув по лбу.

– Ой!

Рожи в окне исчезли, а в комнате мальчики стали поднимать головы с подушек, и послышались голоса:

– Серега, ты чего шумишь?

– Зачем сапог к руке привязал?

– …Он на резинке…

– …Чтоб не потерять, что ли?

– …Это он вместо рукавичек, наверно!

– Надо было еще и второй тогда, к другой руке – вот уж точно не потеряешь!

– …Мои два тоже можешь взять, привяжи их к коленкам…

Я вконец сбросил с себя сон вместе с простыней.

Ребята, кто проснулся, вовсю уже надо мной подшучивали, а я продолжал с недоумением пялиться на привязанный резинкой, в два слоя, к моему запястью сапог.

– Это ж… кошмар просто! – только и мог вымолвить я, озираясь по сторонам.

Подтянув за резинку к себе сапог поближе, я обнаружил, что он был мой, мой собственный. А на подошве чем-то белым выведено: «1-палата».