Чувства на салфетке

 – Шаловливая рука потянулась к краю школьной юбки, слегка задирая, и скользнув к кружеву трусов, принялась массировать клитор безо всякого зазрения совести прямо через ткань.

– Руки, нахуй, убрал свои… Ах… – Рычала и стонала зеленоглазка, не зная чего ей хочется больше – кайфануть от эротического массажа или поставить одноклассника на место.

– Такая мокрая для меня. Моя мятная карамелька. Холодная, но сладкая внутри. – Средний палец, преодолев край трусов, скользнул во влажную дырочку, пока большой оставался на чувствительном клиторе, нещадно массируя его, а губы Бломфилда терзали бьющуюся венку на шее.

Кароль прикрыла от удовольствия глаза, даже боясь представить, что сказала бы Жаклин, если в это самое мгновение вошла и увидела здесь их в такой позе.

Блондин согнул ногу подруги в колене и, закинув на своё бедро, добавил к среднему пальцу ещё и безымянный, прибавляя темпа и глубины проникновению.

– Дерик, хватит! Мы, блять, в столовой общежития! – Кричащим шепотом призывала остановиться брюнетка, пока одноклассник терзал её лоно пальцами, подводя к краю.

– Похуй вообще. Давай. Хочу, чтобы ты кончила мне на пальцы. – Наказал блондин и впился в вишнёвые губы, вдавив стонущую девчонку в стену до боли в костлявых лопатках.

Пальцы с характерным хлюпающим звуком буравили горячее влажное лоно и обещали мощную разрядку, пока язык в такт с ними проникал в рот строптивой зеленоглазке. И она позволила себе расслабиться. На мгновение. Мысль о том, что в любой момент может войти кто угодно, расслабиться полностью не позволяла.

Кара не переставала зажиматься и оглядываться по сторонам, чем только злила обезумевшего товарища.

– Ты ебанулся? Трент и Жаклин наверху. М-м-м… – Замычала она, когда блондин задолбил просто в бешеном ритме, задевая при этом заветную точку внутри влагалища.

Кароль широко раскрыла глаза и, утопая в янтаре одноклассника, затряслась, ощутив себя на пике блаженства. Ресницы невольно опустились и девочка упёрлась затылком в стену, запрокинув голову.

Грудь вздымалась из-под тонкой форменной рубашки, в глазах засверкали искры от знакомства с первым оргазмом в жизни, а пальцы Дерика наконец-то выскользнули обратно, лишив ощущения наполненности. Два: два, мисс Джефферсон. Вы можете проиграть.

– Наверху будешь ты. – С дьявольской ухмылкой умозаключил паренек и облизнул освобождённые влажные пальцы, вынудив Кароль высунуть от омерзения язык. Они же были… Там… Гадость какая! – Сегодня вечером. В моей бэхе. На мне.