Чувства на салфетке: попытка забыть. II часть трилогии

Это явно перевешивает чашу весов, на которых лежит твоя связь с учителем и любовь к крепким сигаретам. – Она поворачивает голову в мою сторону и по-матерински улыбается.

Так, как и должна улыбаться мать, смотрящая на своего ребёнка. А не так, как смотрела обычно моя на меня.

Я уверена, что Эйприл даже не заплачет, узнав, что я умерла. Одной проблемой меньше. Хотя, я не была для неё проблемой уже очень давно. Но мать, ясное дело, считала иначе.

– Пойдём, я познакомлю тебя с твоими кураторами. – Вновь приказывает Анахита.

Но голос её такой нежный и ласковый, что я даже не смею считать её слова приказаниями. Скорее обычная помощь. Совет, неравнодушного к моей судьбе, создания.

Мы входим в голубо-небесную арку, украшенную множеством колючих роз разных цветов. Очень красиво. Природа Рая не перестаёт завораживать. По двум сторонам от дорожки течёт быстрый ручей, в котором плещутся сотни ярких рыбок. На песчаных холмах растут тысячи кустарников, плодовые деревья, различных сортов и вкусов, и цветы… Снова эти нежнейшие лепестки, в которых собрана целая палитра красок.

Как же хочется прикоснуться к ним, чтобы вдохнуть этот сладостный аромат. Но я ещё успею это сделать. Впереди целая вечность, которую я проведу в этом райском месте.

– Анахита, – обращаюсь я к попутчице, пытаясь нагнать, – какова вероятность, что я встречусь здесь с умершими друзьями и родственниками? – Вдруг Кёртис тоже тут? Вдруг я снова увижу своего драгоценного старшего братца?

– Если Господь решил, что твоим близким здесь место, то ты обязательно их встретишь.

Ведь, как я уже тебе говорила, у тебя будет целая вечность на то, чтобы изучить Обители Господа нашего. – Подробно поясняет женщина, не переставая улыбаться.

Что ж ей дарит такое наслаждение, понять я не могу?

– То есть, когда Чарльз умрёт, я увижу его? – Задаю я главный вопрос, кусая губы от нервозности.

Чёрт, даже в Рай перешла с вредными привычками. Но закурить здесь точно не найдётся. А как хотелось бы.

– Дорогая, – в голосе Ангела появляется некое недовольство, но это сложно понять по её теплому выражению лица, – ему уготована долгая жизнь.

И, увы, не с тобой. – Эти слова ударяют по сердцу.

Конечно, я желаю любимому только счастья, но как же сложно принять мысль о том, что он будет засыпать в объятиях другой, что другая женщина, а не я, будет готовить ему завтрак, оттирать разводы от виски с его письменного стола, и растить их общих детей. Это больно, но я к этому чувству давно привыкла.