Чувства на салфетке: попытка забыть. II часть трилогии

Что позволило ему достичь такого безукоризненного величия в такие короткие сроки?

– И вы скрывали это от меня? – Мой вопль принудил Главного Стража отвлечься от изучения многотомных изданий и подойти ближе.

– Я думал ты знаешь. Он ведь каждую ночь приходил к тебе во снах и шептал дьявольские молитвы, принуждая вступить в ряды Бесерамбов. – С толикой равнодушия протянул Мур.

От его слов в моей памяти всплыли ночные кошмары, терзающие меня под покровом клейсморовской спальни с тех самых дней, когда я и Дерик забрели по ошибке в английскую Церковь Варда Всевеликого.

Вот кто был тем юношей, внушающим мне, что любовь к Дьяволу – самое великое и большое дело для такой, как я. Господи, ну почему у меня в роду сплошные убийцы и душегубы?

– Нет… Нет, я не знала. – Я почувствовала как на веки накатили слёзы и принялась хватать воздух губами, чтобы не разреветься на глазах у самого могущественного Ангела Рая. – Где.. Где он сейчас, Господин Главнокомандующий? – Надеюсь, что в Аду, как и все те, кто оказывал его повелителю содействие на пути к свержению Господа с престола в Божественном Капитолии.

– Сбежал, когда Отец запер Люцифера в Аду. Испугался, что будет следующим. Подлый трус. – Пояснил Риэль и выхватил у меня из рук злосчастную книгу по Новой Истории Рая, изданную всего несколькими земными годами ранее с разрешения Господа. – Я как раз хотел тебе сказать на ближайшей лекции, что если вдруг он попытается связаться с тобой, ты должна будешь сразу же доложить мне о его планах.

Заложить собственного брата? Что ж, теперь это казалось не детской шалостью, а настоящим преступлением против кровного родства.

– Вассаго? – Изумилась я новоуслышанному имени.

– А ты думала, главного слугу Люцифера будут по-людски величать Кёртисом? – Усмехнулся Мур и отправил книгу, на предварительно вытертую от густого слоя пыли, полку с другими томами Истории Рая.

– Я вообще уже не знаю что думать. – Я от бессилия уселась на стул, которым ранее пользовалась для снятия книг со шкафа, и зарылась в собственных ладонях.

Сколько же удивительных жутких фактов я не знала при земной жизни.