Ночь империи

Чтобы оказаться ближе к регенту, слегка пригнувшемуся, Князь согнулся почти пополам, и, вздумайся кому-то взглянуть сейчас в их сторону, люди бы оказались в некотором замешательстве. Потом наверняка вспомнили бы, что регент был невысок, а сударь главный ифрит всей Геенны отличался впечатляющим ростом в добрые пять почти локтей, поэтому такой вариант взаимодействия для них был нормален, если у гостя было настроение посмотреть, как виртуозно Айорг умеет пользоваться лексиконом портовых грузчиков.

До такого, правда, доходило, случись им остаться в стороне от любопытных глаз.

– Доброго дня, Иблис.

– Доброго,– то ли у Князя болела шея, то ли ему просто лень было постоянно смотреть вниз, но мужчина на радость регента упёрся локтями в перила и значительно сократил делившее их расстояние.– Печальное событие. Говорят, был хороший парень.

Обычно, если держались официального этикета, они общались спокойно, без издёвок. Олли была права, когда удивлялась их взаимоотношениям, потому что с Князем Айорг действительно не старался лишний раз отойти подальше, чтобы не задирать голову: они в принципе редко стремились посмотреть друг другу в глаза в разговоре.

Тем не менее, было приятно, когда возникала возможность оказаться хотя бы чуть-чуть ближе к понятию «вровень».

– Кто говорит? Его няньки?

– Да все.

Раздражённо фыркнув, валакх отвернулся и скрестил руки на груди. На той стороне зала за ними наблюдала принцесса Офра, до которой, вероятно, дошло, за кого именно её собирались выдавать замуж. Такой вывод напрашивался исходя из того, что принцесса, забыв о необходимости скорбеть о брате, вцепилась в перила с решимостью охотника, столкнувшегося с добычей, и не сводила с них глаз.

– Как бы то ни было,– слегка мотнув головой, Айорг повёл раскрытой ладонью в сторону Князя.– Рад, что ты смог выкрасть время и явиться к нам в гости. Познакомишься с будущей супругой.

В ответ промолчали, и валакх, ругая сам себя за излишнюю наивность, поднял голову, чтобы посмотреть собеседнику в лицо. Не зря – Иблис глядел на него, как на выходца из Дома особенных детей, решившего вдруг, что может делать что-то серьёзное и важное для страны.