Ночь империи

Проводив девушку взглядом, глава ведомства укоризненно покачал головой и тихо пробормотал себе под нос: «Никакого стыда».

Самаэль сделал вид, что не заметил, и только улыбнулся, напоминая, что глава ведомства хотел о чём-то поговорить.

– Верно,– согласно кивнул Онерли.– Я всего лишь хотел обсудить… Я думаю, Вы и так понимаете. Мы все знаем, что сударь регент объявлен единственным наследником после Владыки Фикяра согласно посмертному указу, однако…

– Однако допускать его до правления нельзя,– закончил за главу ведомства Самаэль, едва заметно хмурясь.

– Знаю. Но особого выбора у вас нет, если только вы не жаждете создать вторую Роханну.

– Нет, нет,– мужчина взмахнул руками.– Давать свободу власти сударыне Офре тоже было бы ошибкой. Мы с остальными главами полагали возможным сделать её Владычицей лишь номинально, для общественности. А правление останется целиком в руках ведомств. Она будет лишь появляться на официальных мероприятиях.

Коротко усмехнувшись, Самаэль мельком глянул по сторонам.

Они были одни, хотя коридор вёл к жилым помещениям, в одном из которых размещался и он сам, и регент, не говоря уже обо всех остальных. Их мог услышать любой желающий, но Онерли не горел желанием куда-то идти, зато не отказался бы расставить все точки над «и» здесь и сейчас.

– Вам самому не смешно?– тави чуть наклонился вперёд, поводя рукой.– Все главы ведомств шепчутся у меня за спиной о том, что я получил должность только по дружбе или по чему-то похуже. Вы в их числе.

И теперь просите меня поддержать ваше решение?

– Я никогда не сказал о Вас дурного слова, тави,– искренне возмутился Онерли, отступая на шаг назад и хватаясь за сердце.– Я уважал Вашего отца, и он был мне другом. Я ни на секунду не сомневаюсь, что он воспитал Вас достойным молодым человеком и отличным солдатом!

– Вот как?– недобро прищурился Самаэль, не скрывая усмешки.– Я военный, но не надо пытаться причислять меня к солдафонам и идиотам, Онерли. Давайте не будем друг друга обманывать: никто из вас от меня не в восторге.

Вы считаете лишь Сонрэ достойным места первого среди Великих, и это несмотря на то, что я точно так же сражался и что благодаря мне, а не Сонрэ, Война Двенадцати дней получила своё название.– Сократив делившее их расстояние, мужчина слегка хлопнул главу ведомства по груди тыльной стороной ладони.– Я получил свой чин при Мортеме, и я пережил немало битв и ранений прежде, чем меня приставили к наградам.