Одиночество и сумасшествие. Самоанализ, но для кого-то «про любовь»

Одиночество и сумасшествие. Самоанализ, но для кого-то «про любовь»

Дарья Александровна Болконская

Григорий Печорин – небезызвестный книжный персонаж, главное действующее лицо романа «Герой нашего времени». Настоящий похититель женских сердец, не отдающий счастья другим.Я питала лишь ненависть к герою, пока жизнь не преподнесла мне урок, и в один день герой не мелькнул в моих сновидениях. С тех пор бытие мое пересекается жирной полоской на «до» и «после». Где берет свое начало чувство презрения? К чему приводит одиночество, и как отыскать грань между сном и реальностью?

Одиночество и сумасшествие

Самоанализ, но для кого-то «про любовь»

Дарья Александровна Болконская

© Дарья Александровна Болконская, 2020

ISBN 978-5-0053-0352-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Возникало ли у вас чувство привязанности к выдуманному, чрезмерно романтизированному образу? Появлялась необходимость каждую ночь засыпать, надеясь, что причудится этот образ?

«Экие пакости! Тут и до клиники не далеко, выдумывать что-то, ишь!» – вы непременно подумаете, отметив, что такого рода мысленная деятельность нелепа, безумна.

Хотя если подумать, что такого безобразного и гадостного в воображении? А если учесть, что образ выдуман даже не вами; иными словами, писатель взял да и выдумал героя, да такого!

Такого, что начинаешь с ума сходить от ненависти, презирать, не вникая в его глубокий внутренний мир. Нестерпимое чувство отвращения постепенно перерастает в сострадание и сочувствие к герою.

Глава I

В ту ночь он явился впервые. Я была напугана, его черты лица не казались мне знакомыми. Однако я сразу поняла – это был именно он. Почему? Не знаю вовсе, лишь отголоски подсознания шептали мне, что так тому и быть. В деталях весь сон я не вспомню, увы; это событие было достаточно неожиданным, словно гром средь ясного неба. Хотя отрывки сновидения мне помнятся: некое кафе (хочу заметить, довольно шумное и людное), деревянный стол округлой формы и этот молодой человек, сидевший по какой-то причине не напротив, а рядом, слева, если я не ошибаюсь.

Когда я пробудилась ото сна, его образ не оставлял мой рассудок в покое. Первой моей реакцией было:

– За какие такие грехи мне стал чудиться Григорий Печорин? Существует немалое количество героев классической литературы, которые импонируют мне гораздо больше.