Клеомена. Ольгерд. Целитель и Пастух

Так и повелось. Она стала приходить каждый день, попутно таская из заброшенной лаборатории всякие штуковины из тех, которые дух сумел ей описать. Некоторые из его объяснений были настолько туманные, что она так и не смогла понять, что он имел в виду. Юноша злился на её непонятливость. Зато игра на амельтане стала настоящим прорывом. Очень быстро принцесса поняла, что драконы откликаются на её игру. Сначала их ответ был почти неосязаем, но с каждым разом она всё острее чувствовала ликование пробуждающейся и развивающейся в них жизни.

К счастью, её отлучки были практически незаметны. Она уходила к колодцу сразу же после завтрака, у них всегда было свободное время перед занятиями. Время в волшебном лесу шло иначе, так что по меркам остальных она отсутствовала не больше получаса, хотя дух становился всё требовательнее и заставлял её часами играть на амельтане. Он был невыносим, этот мальчишка. На её вопросы он не отвечал, информацию из него приходилось выжимать по крупинкам. Ольгерд так и не узнала, как он попал в этот лес и где вообще находится это место.

Однажды, улучив момент, девочка подошла к наставнику Калебу и, сунув ему под нос книгу, спросила, на каком она языке.

– Это древнее единое наречие, – ответил тот, с интересом рассматривая фолиант, – на этом языке уже не говорят. Откуда у вас эта книга?

– Нашла в библиотеке, – не моргнув глазом соврала девочка.

– Не помню в библиотеке таких книг.

– А она стояла на самом верху, на заднем ряду, – принцесса наивно распахнула глаза, – а вы можете научить меня этому языку?

– Хм… зачем тебе? – удивился наставник, – не лучше изучить язык, на котором разговаривают сейчас?

– Мне очень надо, – молитвенно сложила руки девочка, – я хочу больше знать о прошлом нашего мира.

– Хорошо, – одобрительно взглянул на неё учитель. Младшая принцесса до этого момента вообще не интересовалась ни историей, ни иностранными языками. Стоило использовать любую возможность заинтересовать её, – но придётся учиться каждый день.

– Я готова, – вздохнула Ольгерд.

С этого дня к её посещениям духа прибавились ежедневные уроки единого наречия. Дело шло так медленно и так тяжело, что принцесса несколько раз малодушно хотела забросить занятия, но стискивала зубы и продолжала выписывать странные ни на что не похожие символы, твердить слова и фразы, звучащие как заклинания.