Клеомена. Ольгерд. Целитель и Пастух

Ольгерд осмотрелась, сделала пару неуверенных шагов. Сквозь одинокое окно пробивался свет, но его явно было недостаточно, чтобы хоть что-то рассмотреть. Тем более что большая его часть была занавешена.

– Ничего не видно, – пожаловалась она.

– Сейчас, – голос, раздавшейся за спиной, был вроде бы знаком ей, но что-то неуловимо изменилось. Он словно приобрёл плотность и теперь принадлежал мужчине. Это было очевидно.

Одна за другой начали загораться свечи. Их здесь было множество, чёрные, тёмно-зелёные, густо-жёлтые, толстые, громадные, тонкие… Здесь была даже люстра, деревянное колесо, усеянное свечами.

Это была большая комната, с очагом, окружённом камнями в центре, с полками, шкафами, двумя длинными столами и лавкой. На полках ровным рядом стояли банки с жидкостями, дымом, смесями и частями животных, с потолочных балок свисали пучки самых разных трав, крылья, хвосты.

– Невероятно, – прошептала девочка.

– Нравится? – смешок напомнил ей, что она не одна, – располагайся. Сейчас разведу огонь в очаге.

Тут только она обратила внимание на своего нового знакомого. Перед ней стоял черноволосый мальчишка лет шестнадцати, может, чуть старше. С белой, почти голубоватой, как у статуй богов, кожей, тощий и высокий, на две головы выше её. У него было нечто общее с гончей – пронзительные синие глаза.

– Что ты за создание такое? – спросила девочка.

– Зови меня просто – дух. Да и какая разница кто я, главное, что я могу тебе помочь, – ответил юноша.

Он сделал манящее движение руками, и Ольгерд с ужасом увидела, как две руки в чёрных перчатках размером с лисиц втащили в комнату несколько толстых сучьев и свалили их в очаг. Просто большие руки, обрывающиеся на запястьях. Сделав это, руки по паучьи перебирая пальцами, убежали.

– Хватит дрожать, – сказал дух, – прислужник тебя не тронет. В дальнем углу есть шерстяное покрывало, закутайся в него, пока твоя одежда не просохнет.

«Стоять столбом и дрожать – это верх глупости», – решила Ольгерд и последовала совету-приказу. Этот мальчишка пугал её, но он хотя бы помогал ей. Стоит быть благодарной за это.

Когда она, с горем пополам завернувшись в колючее покрывало, выбралась из угла, в очаге уже горел огонь, а мальчишка рассматривал драконьи яйца, уложив их на один из столов.