Бутылка в море

– Я общалась с ним только из-за тебя, – холодно ответила она.

– Это понятно. Скажи, удержать мужчину ты можешь только так? – я акцентировала на слове «так»

– Наверное, доктор Розенберг прав, завтра я отвезу тебя в клинику, – она решительно развернулась и открыла дверь.

– Доктор Розенберг? – онемев, прошептала я.

– Ты забыла, как зовут твоего лечащего врача?

– Тебе звонил доктор Розенберг? – я в два прыжка обогнала Леру и преградила ей путь.

– Конечно.

– Но ты сказала: «Звонил док»!

– А что я должна была сказать?

– Я думала, док – это доктор Максимилиан!

– Максимилиан, – это твой прежний лечащий врач, Диана.

Я ничего не понимала, но где-то на задворках моего помутившегося сознания четко вырисовывалась одна мысль: «Мне нельзя возвращаться в клинику». Обдумывать времени не было.

– Прости, я запуталась, – я изобразила искренность. – Мы можем перенести визит в клинику?

– Твое здоровье очень важно. Я забрала тебя домой, надеясь, что все встанет на свои места, а ты запутываешься все больше и больше, – она выжидающе смотрела на меня.

– Нет, я просто запуталась в докторах, – засмеялась я. – Остальное напротив становится яснее, – я должна была бросить ей какую-то кость. Дать ей то, чего она ждала. – Тим говорил о тебе.

– Правда? – девушка присела на ступеньку.

– Он очень тебя любил, – я присела рядом и начала гладить ее по голове, – и ни в чем тебя не винил. Требовать жертв – великое искусство. У тебя все получилось.

– Я не думала, что так все будет, – девушка уткнулась лбом в колени, я не могла видеть ее лицо, но не сомневалась, что слезы текут из ее глаз.

Она посмотрела на меня покрасневшими глазами:

– Он что-то говорил тебе о нас? – «о нас» было сказано одними губами.

– Да.

– Это все не правда, – она вскочила и потянула меня за руку, – ты должна знать, это моя ошибка. Я зря все рассказала ему, такая глупость, – мы снова очутились в комнате Тима. – Александр никогда не приставал ко мне, – она закрыла дверь и прижалась к ней спиной. – Я тогда встречалась с одним мужчиной. Он такой, не могу объяснить…как животное. Сама не понимаю, почему мне нравилось то, что он делал со мной.