Я, Рейван

Я переоделся, попрощался с бормочущим Ратисом и подкинул кредов Маалалу. Гарр подобрал меня на полпути со стоянки, я влез в набитый какой-то мороженой дрянью грузовик, и мы отправились в Нижний город.

Вот так легко.

Мне начинало казаться, что большинство предстоящих проблем можно будет решить примерно так же просто. А затем, когда мы уже прилетели к кантине Вьяра и Наси отправился разгружаться, я пошёл проверить обстановку и первым же делом наткнулся на Мессию Бао.

Маленькая ватекка с громким прозвищем и тёмно-синей кожей стояла прижавшись спиной к задней стене кантины и держала руку под курткой.

Мелкая сволочь из банды Чёрных мускаров. Против такой своры у девочки с ножичком шансов не было.

– Эй, босота, – негромко окликнул я.

Все трое, сжимая мечи, синхронно повернулись в мою сторону. Захоти Мессия сейчас пырнуть кого-то, сделала бы это без труда. И даже успела бы убежать.

Но девочка никуда не побежала, словно собиралась помочь мне в драке с мускарами.

– Хотите, угадаю вашу расу? – спросил я бандитов. Казалось, они нервничают из-за того, что не видят под капюшоном моё лицо. Хотя кто может разобраться в эмоциях прямоходящих ящериц? – Никто. Ваша раса называется – никто. На моём языке это слово означает «пустое место».

Все обижаются на правду. Что люди, что серокожие рептилоиды, чья раса и в самом деле называется никто.

– Ты что, ублюдок, – прошипел тот, что стоял от меня дальше всех, – смерти ищешь?

– Не своей, ублюдок, – в тон ему ответил я. – А вот твою найду с удовольствием.

– Да ты хоть знаешь, кто мы такие?!

– Чёрные мускары. Жалкий выводок тупорылых ящериц, подчиняющихся человеку по имени Мейджик. Он правит вами, как стадом свиней, а вы служите ему, как и положено рабам.

Тут я подумал, что не знаю, есть ли в далёкой-далёкой галактике свиньи, а если есть, является ли сравнение с ними оскорблением.

Но и тона хватило. Все трое зашипели, затрясли клинками и двинулись на меня. Я нащупал в рукаве плаща свой меч, но доставать его не торопился: в узости прохода атаковать они могли только по одному. Гораздо важнее было отвлечь их от юной ватекки. Не знаю почему, но я остро чувствовал ответственность за её благополучие.