Призраки дома Блэквуд

Подождав еще пару минут, она набрала пригоршню и осторожно попробовала.

Вода оказалась на удивление холодной и перенасыщенной минералами, но вкус не был неприятным, так что Мара, поставив фонарик на раковину вместо лампы, быстро почистила зубы.

Над ее головой раздалось какое-то эхо. Закрыв воду, Мара посмотрела наверх. На какое-то время воцарилась тишина, но потом скрип повторился, приближаясь к ванной с другой стороны.

Старое дерево скрипит под ногами. Наверное, Нил все-таки пошел проверить крышу.

Мара снова включила воду. Шаги прошли дальше по чердаку, пока наконец не стихли, но затем вернулись, топая прямо над головой. В раковину посыпались тонкие струйки трухи и пыли.

В покрытом паутиной трещин зеркале мелькнуло движение, и Мара вздрогнула, оборачиваясь к дверному проему. Там стоял Нил, бледный, с широко распахнутыми глазами.

– Ты слышала? – шепотом спросил он.

Мара снова выключила воду, уронив щетку в раковину. Подняв голову, прислушалась к шагам, которые дошли до конца чердака, развернулись и продолжили размеренное движение.

– Черт побери. – Во рту пересохло. Часть ее хотела верить, что это просто скрипит старое дерево, остывая вместе с воздухом, но раздававшиеся с определенной частотой скрипы ни с чем не спутать. На чердаке кто-то был.

Нил осторожно подошел ближе и в тусклом свете нащупал ее руку. Голубые глаза, обычно светящиеся оптимизмом, сейчас были наполнены страхом, пока они вглядывались в потолок.

Нахмурившись, Мара решительно схватила фонарик с полки.

– Оставайся здесь. Я все выясню.

– Ты с ума сошла? – прошипел он, стискивая ее запястье и не давая выйти. – Ты вообще ужастиков не смотрела? Только мы разделимся, как нас обоих убьет твой варено-капустный сталкер!

– А ты прямо зациклился на этой метафоре, – прищурившись, заметила Мара. – Ладно, можешь пойти со мной, если хочешь.

– Или, ты только подумай, – нарочито легким тоном возразил Нил, хотя напряжение выдавал выступивший на лбу пот, – мы можем сесть в машину, уехать прямо сейчас и не умереть ужасной смертью.

– Никто не собирается умирать ужасной смертью. Десять против одного, что это какой-нибудь бездомный, решивший, что может переночевать в брошенном здании, или ребенок, которого подловили на слабо. Можешь подождать здесь, если хочешь, но я собираюсь поговорить с нашим гостем.

– Одну я тебя туда не пущу.

– Тогда пойдем вместе. Не понимаю, что в этом такого.