Эловин. Магия карт

– Я тоже на это надеюсь, Вин, – отвечает Лорна и отправляется дальше заниматься бельем, а я иду домой с намерением приготовить самый вкусный праздничный ужин за долгое время.

За окном незаметно стемнело. Детские голоса во дворе стихли, как и все вокруг. В нашей скромной столовой догорали свечи, точнее, их жалкие остатки. Тревога во мне росла с каждым часом – чем бы я не пыталась себя отвлечь или занять, все равно думала о своем будущем во дворце и о том, что находится у меня на плече.

Триумфы произошли от Отца, великого прародителя всего живого в Этонери, и получили особенный дар, который не достался обычным людям – Бинам.

Возможно, я была бы рада обнаружить подобное пятно на своем теле, но не тогда, когда ты знаешь закон:

«Если за пределами стены обнаруживается Триумф, который не отмечен придворным магом при рождении, то этот Триумф признается самозванцем и приговаривается к мучительной смерти».

У меня перехватывает дыхание и сердце бьется быстрее, от осознания того, что из-за одного неверного шага я могу лишиться собственной жизни.

Пока я размышляла, в столовую вошли Лорна и Габриэль.

– Я так устала, – зевая, говорит Габи, но как только ее взгляд падает на маленький торт, вся усталость улетучивается.

– Габриэль, ты неисправима, – Лорна смеется и присаживается рядом со мной.

Вспоминаю про кожаный мешочек и достаю его из-под пояса. Протягиваю его Лорне.

– Возьмите, вам он еще пригодится.

– Спасибо, Эловин, – отвечает Лорна, забирая небольшое богатство себе.

– Давайте уже есть! – Габриэль не умеет ждать и поэтому мы приступаем к ужину.

Спустя некоторое время мы все сдаемся – не можем съесть и половины приготовленного. Габи рассказывает Лорне разные истории, которые либо происходили с ней на самом деле, либо она их искусно выдумала.

– Что вам известно о семье короля? – спрашиваю я и Габриэль раздувает ноздри. Она не любит говорить о Триумфах. Слишком много чести.

Лорна задумывается, отпивая немного вина из треснутого бокала.

– Наш король когда-то подавал надежды на светлое будущее.

– Вот именно. Когда-то, – хмыкает Габи, разматывая ткань на руках.