В гостях у незнаемого. Сказка с размышлениями

И оставался настороже, потому что не мог пока увязать все впечатления друг с другом. Как перетряхнулось всё в голове при падении, так и здесь продолжалось перетряхивание.

В земной жизни, когда читаешь всякие умные книги и пробуешь размышлять на темы мироустройства, легче воображать иные миры и жизнь после смерти. Теперь, среди странной и загадочной очевидности, не всегда сходились концы с концами. А новые впечатления продолжали наслаиваться друг на друга…

Прогулка без устали

Нашу прогулку точнее было бы назвать путешествием… если бы она происходила на Земле.

Здесь не было непроходимых чащ. А всего остального было немерено.

Дружелюбные леса и гостеприимные рощи. Ручейки, ручьи и реки. Холмы и горы с водопадами. А когда я заметил ещё и парочку гейзеров, не смог удержаться:

– «Всюду звонкие вольные воды, реки, гейзеры, водопады…»

– «Распевают в полдень песнь свободы, ночью пламенеют, как лампады…» – охотно подхватила Ми.

– У вас тут тоже пламенеют? – осведомился я.

– Это же Гумилёв про звезду Венеру, а не про наш Сад, который в его стихотворение и не вместился бы.

Я сдержанно проворчал:

– Хорошо, что Венера вместилась…

– Да ладно, не обижайся за Гумилёва. Я тоже его стихи люблю. Но здесь ведь всё по-особому!.. Гляди, что покажу, – и Ми поманила меня в глубь леса.

Идя за ней, я вскоре почувствовал притягательный аромат. Мы вышли на полянку, где раскинулся громадный цветок, который мне был хорошо известен, хотя я никогда его не встречал.

– Это здешняя раффлезия, – гордо сказала Ми. – Правда, замечательный аромат? Это она сама старается.

– Надо же! – удивился я. – Читал, что к ней порою в противогазе подходят: такой невыносимый запах… у нас, на Земле…

Нередко видели мы птиц и самых разных животных. Но я уже сам мог сообразить, что любое существо могло быть чьим-то любимцем – и потому попасть в этот сказочный Сад.

Впрочем, когда на глаза мне попался небольшой табун лошадей, которые паслись вдалеке на лужайке, я не выдержал:

– Это мустанги, Ми?

– Не-е-ет, это любимцы конников.

– Ты же говорила, что здесь нет толп и компаний.

– Это о людях… А лошадям нужно иногда в табун собираться, сам знаешь. Ты же много лет с лошадьми общался.