Выдуманная история

Выдуманная история

Кристина Борис

Иногда ложь со временем превращается в правдивую историю, которая вдохновляет молодые поколения. Однажды солдат Дюк слегка приукрасил историю своего спасения…Обложка – фото из личного архива.

Часть первая

Дюк

Все персонажи вымышлены и не имеют цели задеть чьи-либо чувства.

***

«Вот я и попался. Какой чёрт заставил меня идти воевать? Контракт на кругленькую сумму! Вот что! А стоило ли оно того? Теперь сижу в этой дыре в надежде на лучшее! Как глупо! Меня ждёт верная смерть.

Кто его знает, что эти гады со мной сделают.»

Дюк сидел вместе с тремя солдатами – иностранцами в подвальном помещении в одном из мелких фашистских штабов в Бельгии. Его поймали три дня тому назад, когда он пребывал в разведке вместе со своими товарищами. Их было трое. Фашисты быстро их обнаружили, заметив шевеление в кустах. Двое принялись отстреливаться и бежать, а Дюк сразу поднял руки и произнёс на немецком «Сдаюсь». Тем самым он сохранил свою жизнь. Товарищей убили на месте.

Сейчас он сидел с другими военнопленными и пребывал в состоянии отчаяния. Если бы он мог найти среди таких же братьев по несчастью того, кто мог говорить на его родном языке, то тяжесть всего положения не так бы терзала душу Дюка. Он не понимал, день сейчас или ночь. Несмотря на то, что его режим ещё не сбился, его глаза уже успели обрести мешки и несколько морщин из-за того, что ему необходимо было постоянно щуриться в темноте.

Рядом с ним лежал мужчина с разбитым лицом. Он спал и храпел своим сломанным носом, отвернувшись спиной к Дюку.

У него не было обуви. Ноги были чёрные. Дюк иногда щупал свои нос и скулы, в ужасе глядя на несчастного и немногословного солдата.

Второй солдат постоянно чесал голову и ругался. Так думал Дюк, судя по интонации. Видимо, замучили вши. Некогда светло-русые волосы Дюка прилипли ко лбу от грязи пота и представляли из себя грязное месиво. Время от времени он и сам почёсывался, глядя на несчастного.

Третий лежал на спине и еле шевелил губами.

«Молится. Все эти дни. Перестаёт только когда надо поесть или отлить. Сумасшедший.» – думал Дюк. Однако он был уже на грани того, чтобы самому начать молиться.

Вопросов была куча, но больше всего его волновало, когда его начнут пытать, как того солдата, что лежит рядом с ним.

Третий день его только сажали на стул, а он всё рассказывал в мельчайших подробностях. Он говорил, что знал, но на самый главный вопрос, он не мог ответить: где находится их штаб.