А был ли мальчик?

  Свидетельство Папия – не свидетельство очевидца, лично видевшего Иисуса, но весьма близкого к таковому.

Игнатий Антиохийский, приговорённый к казни в 107 году, написал семь писем. Послания Игнатия очень интересны. Он спорит с докетами, которые видят в Иисусе только божественную природу. Эта концепция вызывает у Игнатия негодование. С его точки зрения, она совершенно противоречит всем известным фактам:

«Ибо я узнал, что вы непоколебимо тверды в вере, как будто пригвождены ко кресту Господа Иисуса Христа и плотью и духом, утверждены в любви кровью Христовою; и преисполнены веры в Господа нашего, который истинно из рода Давидова по плоти, но Сын Божий по воле и силе Божественной, истинно родился от Девы, крестился от Иоанна, чтобы исполнить всякую правду истинно распят был за нас плотью при Понтии Пилате и Ироде четверовластнике (от сего–то плода, то есть, богоблаженнейшего страдания Его и произошли мы), чтобы через воскресение на веки воздвигнуть знамение для святых и верных своих, как между иудеями, так и язычниками, совокупленных в едином теле Церкви Своей.

Из этих высказываний предельно ясно, что Игнатий считал Иисуса историческим лицом, имевшим человеческую природу.

«Потому не слушайте, когда кто будет говорить вам не об Иисусе Христе, который произошёл из рода Давидова от Марии, истинно родился, ел и пил, истинно был осужден при Понтии Пилате, истинно был распят и умер, в виду небесных, земных и преисподних» (Послание к Тралпийцам).

В письмах Игнатия Антиохийского мы находим ещё одно свидетельство о жизни Иисуса.

Итак, мифологисты, как правило, воинствующие атеисты, отстаивая свою теорию, ведут себя не вполне разумно, пренебрегая логикой и игнорируя многочисленные свидетельства в пользу историчности Иисуса, который – нравится или нет – существовал.

Был ли Иисус ессеем?

Согласно модным теориям, Иешуа а-Ноцри (Иисус Назаретянин) был ессеем, Иоаханан Окунатель –  ещё каким ессеем!  А Иаков, брат Иисуса, ни больше ни меньше –  лидером кумранской общины, тем самым неизвестным «Учителем праведности», фигурирующем в кумранских свитках.