Деонтология социальной работы

Содержанием нравственного долга является совокупность морально-нравственных норм, принципов, кодексов и идеалов, которые регулируют нравственную деятельность и нравственные отношения того или иного сообщества. В этой совокупности имеется, безусловно, стабильный компонент, составляющий содержание общечеловеческой морали, а также относительный компонент, связанный с историческими особенностями развития общества.

Наибольшую значимость феномен долга приобретает в Новое время, особенно в этике И. Канта.

По Канту, долг – это необходимость поступка из уважения к нравственному закону. Долг позволяет индивиду быть нравственным. Стремление исполнить долг – это стремление человека к счастью. Долг предстает только в соотнесенности со склонностями (чувствами, потребностями, интересами и т. п.) и в противостоянии им. Долг не отменяет прочие максимы (принципы поведения), которые можно интерпретировать как максимы себялюбия, он только взвешивает их с точки зрения соответствия критерию общезначимости и в случае положительного результата выступает их нравственной санкцией, являющейся дополнением и усилением этих максим.

Процедура такого взвешивания сводится к мысленному эксперименту, в ходе которого человек как разумное существо должен ответить на вопрос, совершил бы он соответствующий поступок также и в том случае, если бы у него не было никакой выгоды совершить его или если бы он противоречил его склонностям. Нравственным, по Канту, можно признать только такой поступок, который не просто сообразен долгу, а совершается ради долга, минуя склонности.

Кантовский долг формален: он на максиму воли налагает форму закона. Но эта форма не является совершенно пустой, она содержательна: испытание максимы с точки зрения ее способности быть всеобщим и общезначимым требованием означает необходимость чтить разумное существо как разумное, т. е. чтить человечность (которая на языке Канта является синонимом разумности) в каждом индивидуальном воплощении.

Категорический императив (высший принцип нравственности) вменяет в долг отношение к человечеству в лице каждого индивида как к цели и никогда не как к средству. Хотя долг полностью замкнут на нравственный закон, он не является внешней принудительной инстанцией, с чем связана еще одна формулировка категорического императива, рассматривающая нравственный закон как автономию воли.

Долг есть моральный закон, явленный как человеческий мотив.