Второй обсидиан

Постепенно этот красноречивый малый собрал вокруг себя всех, кроме Джуэла и Ирина. Он повествовал о Фираске во времена Эрхабена – видимо, слышал где-то и запомнил; конечно, с его-то памятью!

Тогда, три тысячи лет назад, это был маленький город, упрямо державшийся за свой клочок земли, расположенный в опасной близости от самой дремучей части Ничейных Земель. Можно было только удивляться храбрости людей, которые, то и дело обороняясь от хищных ночных тварей, продолжали жить и строиться здесь. Но они называли свой город не иначе как территорией свободы и очень гордились тем, что, находясь в области стабильной магии, относительно независимы от власти и Юга, и Севера и являются хозяевами самим себе.

Жизнь под флагом свободы была суровой, тем не менее. Но и люди здесь рождались необыкновенные. Такие, как Малконемершгхан. Если бы не Серый Инквизитор, испепеливший и его, и великий город Эрхабен, блистательный город, ставший таковым под его, Малконемершгхана, властью, то по ту сторону Ничейной Земли лежал бы сейчас Свободный Север.

– Кто был на Севере? – осведомился Орион, оглядев всех собравшихся вокруг Оазиса.

Некоторое время мальчишки пожимали плечами. Потом заговорил Коста. До этого самого момента никто не слышал его голоса. Голос был тихий и слегка хрипящий, словно у простуженного. Но тут больше приходило другое сравнение: с механизмом, заржавевшим оттого, что им редко пользуются.

– Я был однажды, – сказал Коста Оллардиан.

– Я слышал, там цензура даже хуже, чем на Юге! – бойко вступил Джармин; все удивленно на него оглянулись. Мальчик смутился и спросил: – А что такое цензура?

– Это когда нельзя говорить и печатать все, что думаешь, – пояснил Орион. – Но я бы не сказал, что это очень уж плохо. Я тоже бывал на Севере и сразу скажу: паршивых книжонок на прилавках там куда меньше, чем на Юге.

– Боюсь, Сайнар с тобой не согласен, – хитро прищурившись, засмеялся Лайнувер.

Солнце и хорошее настроение способствовали тому, что засмеялись и все остальные. Джуэл и Ирин с самым хмурым видом оглянулись и молча прибавили шагу. Орион лишний раз подивился упрямству этих двоих.

Как бы там ни было, путь до Фираски не пройти пешком за один день.