Драконьеры

Следующий день прошёл в молчании, под шёпот ветра и пересвист птиц, мы устроили привал, как и вчера уже после захода светила, я вызвался дежурить первым.

– Нет, – просто ответил охотник, – ложись спать.

– Но…

– Лунь, ты, кажется, немного неправильно оцениваешь ситуацию. Завтра ты пойдёшь один. К сожалению, я не могу быть твоим спутником – о моей семье некому заботиться… понимаешь?

Я кивнул. Это было и так понятно, и всё-таки я надеялся, что Кемаль дойдёт со мной хотя бы до Янавра… Я не мог его просить.

Не потому, что гордость не позволяла. Это было бы просто нечестно, заставлять разрываться его между давней дружбой и тревогой за семью.

Спустя какое-то время мы сидели, глядя в огонь и допивая пахучий чай. Всё было сказано, всё было приготовлено. Большой мешок был разложен по двум заплечным мешкам: мой – побольше, Кемаля – поменьше. Весь следующий путь был оговорён и заочно мне известен, и говорить больше было не о чём. В душе было пусто и тревожно – все эти события обрушились на нас слишком быстро, и именно поэтому – пугающе.

– Ладно, давай, ложись спать, Лунь. Тебе надо отдохнуть. Вполне возможно, что такая спокойная ночёвка выпадет теперь нескоро.

Он, было, поднялся, собираясь подкинуть дров в костёр, и уселся обратно:

– Да… едва не забыл, – откуда-то из-за пазухи потянул цепочки. – Стихва успела передать их мне…

Кулоны раскачивались, как маятники, на концах цепочек: посверкивали, помигивали гранями.

– Я думал, они достались драконьерам…

– Нет, – Кемаль смотрел на них, словно заворожённый игрой огня на гранях, – не достались.

Они твои… забери их, Лунь! – охотник с неожиданным для такого уравновешенного человека раздражением бросил мне кулоны.

– Забери, спрячь, и никому не показывай. Из-за них тебя могут убить, так что, будь очень осмотрителен: с кем и о чём разговариваешь…

Он ушёл до рассвета, не попрощавшись. Я слышал, как охотник встаёт и собирается, и сделал вид, что всё ещё сплю. Всё было сказано ещё вчера. Когда он ушёл достаточно далеко, я встал и тихо посвистел – из кустов почти сразу вынырнула хищная морда Трофея.

Итак, я остался один, но не совсем, и нам тоже было пора в путь.

Было как-то странно понимать, что это хищное порождение бездны, размером с молодого телёнка, закованное в броню и снабжённое смертоносными когтями и клыками, беспокоится обо мне. Он – одна из причин, по которой я не сошёлся с деревенскими. Страх не давал им понять, как можно приручить тварь.