Идентичность

От религиозной парадигмы оккультная картина мира отличается отсутствием догматизма и фундаментализма. Там, где религия останавливается, говоря «это так, и точка!», оккультизм идёт дальше, стараясь ответить на вопросы «почему это так?», «чем это обусловлено?», «всегда ли это так?» и «есть ли другие варианты?» Общее же заключается в том, что познание и освоение Вселенной происходит посредством медитаций, молитв и ритуалов наряду с рассуждением и интуицией.

С художественной картиной мира у оккультизма есть много общего, – взять хотя бы древнегреческие трагедии: отнести ли их к области искусства или культа? – и то, и другое будет одинаково верно.

Субъективизм оккультизма порождает множество «равновеликих» языков и частных диалектов, на которых дают описание мира различные направления оккультизма. При этом мир остаётся одним и тем же, но его описания на удивление мало похожи друг на друга. Иногда эти описания дают обзор с разных сторон, в разных проекциях, и тогда они дополняют друг друга, но слишком часто оказывается так, что дело не в различных точках отсчета, а в крайней несхожести языков, то есть символических систем, на основе которых даётся описание.

Здесь – ловушка, так сказать, «оккультного полиглотства»: можно всю жизнь порхать от одной системы к другой, от одного языка к другому, не продвинувшись ни на йоту по существу.

***

Принято считать, что история оккультизма восходит к глубокой древности. Однако тот оккультизм, который нам известен сегодня, произрастает из арабской науки и еврейской Каббалы позднего Средневековья, блистательного европейского Возрождения, фанатичной Реформации и великолепно-развращённого Просвещения, а уже через них – из философской и религиозной борьбы эпохи эллинизма и раннего христианства, из её великих мистерий и тайных гностических культов.

В IX-XIV веках происходил расцвет арабской культуры и науки. Учёные арабы дали миру десятичную систему счёта и удобную цифровую запись, начала алгебры и теории чисел вкупе с нумерологией, передовую медицину, химию и алхимию, астрономию с её сестрой астрологией, а также великолепную суфийскую мистическую философию.

Научное знание в то время было тесно переплетено с мистицизмом и религиозностью, и его невозможно отделить от оккультного знания; то и другое составляли единое, цельное Знание. Это Знание арабов впоследствии впитала, изрядно переработав и дополнив, культура Европы: быть может, желание и умение учиться – одна из сильнейших черт европейской цивилизации.