Хрусталь и пепел

– Что прости? К какому ребенку? Не знал, что у тебя есть дети! – Лоу был искренне удивлен.

Девушка изумилась.

– Ты серьезно? Мой ребенок, будущий, я же беременна! – она подняла брови и прикусила губу.

– Ты не беременна. Не пудри мне мозги, ладно? И не дави на жалость, – Лоу подошел к девушке и провел рукой над её животом. – Возможно, рана от потери ребенка ещё слишком велика, но, когда ты была ещё беременна, меня даже не было в столице.

Мир Эллы рухнул. Она не беременна, но как? Боли и все признаки беременности оставались.

Увидев ошарашенное лицо девушки Лоу осторожно спросил:

– Ты не знала? Ты уже пару месяцев как не беременна. Может стресс и нервное истощение оказали на тебя влияние, и ты…

Девушка его уже не слышала, комната закружилась перед глазами и сознание её покинуло.

– Эй, проснись, спать нельзя! Это может закончиться вечным сном. Твоя мать мне бы это не простила, – Лоу похлопал девушку по щекам, и та медленно открыла глаза. – Ты сейчас очень слаба, твоя нервная система на пределе, как и организм: из-за трудной работы, выкидыша и долгого путешествия.

– Я не могу, так устала от всего, – прошептала девушка.

– У тебя больше нет выбора! Смерть – вот, что ожидает тебя сейчас! Нужно принять магию, какой бы она ни была. Я снял запечатывающее заклинание и теперь…, – Лоу проколол иголкой палец девушки и прижал его к медальону.

Тьма и свет вырвались из-за открывшейся створки и мягко оплели Эллу. Магия убрала следы усталости с лица девушки, выровняла цвет кожи, снова сделав её мраморной, почти белоснежной. Исчезли синяки под глазами, пропали усталые морщинки на лице, волосы стали переливаться золотом и за пару мгновений из короткого хвостика превратились в волну до пола. Элла открыла глаза, в которых блеснули искры: в левом золотая, а в правом угольно черная.

– Теперь можешь сама проверить правдивость моих слов насчет ребенка, – произнес Лоу и подал девушке руку.

– Неужели это я! – прошептала Элла, глядя на незнакомку в отражении зеркала, куда её подвел темный.

Сейчас она все вспомнила. Как ещё в первую неделю работы в таверне проснулась в крови и почувствовала пустоту внутри. Слезы, боль, ощущение своей ничтожности – вот что с ней тогда произошло. Не хотелось больше ничего, все потеряло смысл.