Миры Первой империи: Первая империя. Книга 4. Хоптон. Том 1

Вот наконец, у одного порозовели щеки, взгляд приобрел разум, он стал крутить головой, пытаясь обрести определенность! Вдруг его взгляд уперся в своего соседа, брови полезли вверх, рот раскрылся в немом крике! Потом его пробивает и он орет – Васька! Брат…ты жив? Что молчишь, сука? Отвечай! – и начинает сучить руками–ногами, приход отходняка от травм и стресса…

Михалыч с Антоном кидаются на него, как коршуны, фиксируя конечности…Наташа, как заправский доктор закатываем ему рукав грязной кацавейки и выпустив воздух из иглы, ловко вкатываем ему дозу успокоительного! Мужик перестает дергаться, голова запрокидывается и его отпускает! Со вторым–больше мороки, он не отвечает ни на какие усилия импровизированных реаниматоров!

Бились они около часа, но все бестолку! Он умер, не приходя в сознание…А выживший, лежал, успокоенный лекарством, бесцельно глядя в далекое синее небо и по его грязным от масла и ещё чего–то там, щекам струились тихие…скупые соленые слезы…И вскоре покладка под его голову стала набухать от слез!

– Мужики вы того…отпустите меня! Мне надо туда…– он кивнул, швыркнув носом – За брательником! Для меня нет места в этом мире! У меня здесь…никого! – он с трудом проглотил ком в горле – Никого нет! Теперь я–сирота казанская! Добейте меня Христа ради! – и его клекот раздавленного горла перерос в вой смертельно раненного зверя!

А мы стояли вокруг него, не зная, что делать? И помочь–то уже нечем! Друзей не вернуть! И вдруг, Наташа робко так тронула меня за рукав…– Сашунь, помнится мне в легендах Эльфов говорилось о том, что только Божественным Избранным под силу вернуть человека из царства Хель! Может попробуешь, а Сашенька!? Жалко же человека! – блин, жалостливое сердце!

– Дорогуша, а кто выступит гарантом, что все будет о,кей, если…например после воскрешения он не свихнется или хуже того, не превратится в маньяка или монстра!? Понимаешь, лапонька, в случае отрицательного развития событий, ты понимаешь, что за далеко идущие последствия нас ожидают? Прочухала, а? Вот то-то и оно! – и грустно и боязно!?

А васильковые глаза смотрят на меня просящее и умоляюще! Черт побери! Лапа, ты же меня подписываешь на некромагию! А с ней нужно ухо держать востро и самое главное – уметь! И всхлипнув опять, она выложила свой последний аргумент на грани истерики – Да в конце–концов, Емельянов!? Ты Дракон–Хранитель Мира или хрен собачий!?– и вот тут–то меня прорвало! Да, ептыдь твою мать!

– Вставай! – я повернулся к покойнику и рявкнул в сердцах так,