Мой Самый сНежный Монстр

Может присутствие куратора, стоявшего чуть в стороне и со скучающим лицом наблюдающего за моими потугами. Или мое собственное состояние паники, возникшее после слов ледяного урода про отчисление, не давало мне контролировать магию. Но чем больше я злилась, чем старательнее сжимала, отсекала и подавляла огонь, тем сильнее он рвался наружу, беснуясь и грозя выплеснуться убийственным пожаром.

Весь снег вокруг меня давно растаял. Чахлая прошлогодняя трава под ногами сгорела, превратившись в грязно-серые кучки пепла, а я все также не могла справиться со своим пламенем.

И когда я почти плача, в тридцатый или сороковой раз пыталась взять его под контроль, все изменилось.

До меня снова долетел запах мороза, цукатов и миндаля. На плечи легли ладони, придавив их успокаивающей тяжестью, и над макушкой зазвучал шепот:

– Давай, девочка, обуздай его. Твой огонь – это часть тебя. Управляй им, как своим телом, так же свободно. Люби его, как любишь свои чувства, желания и девичьи мечты. Признай, что он часть тебя, но другой.

От тяжелых ладоней на плечах, от шепота над макушкой по телу потекли прохладные струи, подарившие такое необходимое спокойствие. И я увидела свой огонь. Тем внутренним зрением, который столько лет пыталась найти, я разглядела, как мой источник сияет, переливается ослепительной золотой палитрой. Почувствовала, что он тянется ко мне, ластится, заигрывает.

Я будто прозрела в эту минуту. Поняла, что мой огонь … он как мои феечки – любит играть и ненавидит насилие.

– Давай, девочка, выстраивай портал. Управляй своей силой, – послышался знакомый голос где-то на краю сознания. Руки сами поднялись, огонь скользнул к кончикам пальцев, складываясь в знаки, и я прошептала заклинание.

Мгновенная тошнота, ощущение невесомого тела, и снова тот же голос, который я так ненавижу:

– Хм, и куда ты нас забросила, адепт Нелайя?

Глава 7

– Святая Малесса! – я озиралась по сторонам, все отчетливее понимая, что проблемы, начавшиеся с брошенного снежка, и нарастающие со скоростью лавины, сейчас достигли катастрофических размеров.

Я была в лесу.

В Синем лесу, в его дальней, давно мертвой части. В том конце, где деревья стояли голыми сизыми столбами, иногда жалобно постанывая и неприятно скрипя. Где не было ветра, не падали дожди и не росло ничего живого.