Экономика КОММУНИЗМА

Оно позволяло в наибольшей мере использовать специфические особенности работников, их вкусы и предпочтения, повышать квалификацию и мастерство, способствует лучшему использованию природных и трудовых ресурсов общества. Именно данное явление сформировало современное отраслевое и хозяйственное деление производства, привнесло в него структурирование и специализацию. Не вызывает сомнений, что без использования указанного фактора общество возвратится к первобытному, жалкому существованию, а поэтому при исключении разделения труда ни о каком коммунистическом изобилии речь идти не может.

Тем не менее, классики коммунизма активно выступают против разделения физического и умственного труда, намереваются устранить различия между городом и деревней, мужчинами и женщинами, хотя это вряд ли возможно и целесообразно. В самом деле, детей рожать могут только женщины! То есть не принимают во внимание природное многообразие человеческих натур и характера их деятельности, фактически обезличивают, унифицируют людей.

Вызывает также сомнение намерение коммунистов ограничить влияние других факторов, следующих из процессов разделения труда. В том числе желание ликвидировать товарное производство и сами деньги, чтобы они не приводили к ограблению одних людей другими. Вместе с тем возможно ли разделение труда хозяйственных субъектов в принципе, если они не смогут напрямую обмениваться продуктами своего труда? Сможет ли бартерный товарообмен должным образом решать эту задачу?

В этой связи деньги, как универсальные посредники при обмене продуктами труда хозяйственных субъектов, работающих в условиях всемерного его разделения, поистине незаменимы.

Как можно организовать этот процесс, чтобы он был удобным и справедливым, если деньги исчезнут вовсе? Что явится их заменителем? Специальные талоны, чеки, сертификаты, абонементы, очереди или другие каких-либо инструменты? И чем они будут лучше денег? Поэтому вместо того, чтобы отвергать деньги как таковые, нужно придать им такую форму, при которой они не смогут использоваться как капитал, как источник паразитического дохода, но сохранят свои посреднические функции. А это вполне исполнимо.

И то же относится к классам. Очевидно, что профессиональные деления людей не образуют антагонистические классы, подлежащие уничтожению в коммунистическом обществе. Трудно согласиться с тем, что промышленные рабочие – это один класс, а сельскохозяйственные – совсем другой.