Нижнебург. Академия Теней

Вот только абсолютно безвкусным. Казалось, что ешь вату. Майя отбросила его и надкусила круассан – вкус был точно такой же. Вернее, вкуса не было вовсе. Дрожащими губами Майя попробовала чай – и ничего не почувствовала.

Майя вернулась к стойке с едой, прилежно отстояла очередь и вежливо попросила у буфетчицы соль, ну или хотя бы сахар.

– Какой сахар, деточка? – округлила глаза буфетчица, – ты в своем уме? У нас нет ни сахара, ни соли – это приказ ректора Полуночника. Есть только прессия.

Буфетчица протянула Майе стеклянную солонку с прозрачными гранулами-кристаллами.

Майя повертела солонку в руках, вернулась к своему столику и сыпанула прессию на тост с яйцом. Вот только от прессии тост, казалось, стал еще более ватным и безвкусным. Майя высыпала горсточку гранул себе на ладонь, лизнула языком и начала отплёвываться. Язык у неё онемел, стал неповоротливым, как будто зубной врач в него вколол обезболивающее-ледокаин.

– Ты так не усердствуй с прессией – убьешь собственные вкусовые рецепторы, – сказала Майе девушка за соседним столиком.

Она была высокой, почти на голову выше Майи. Её короткие остриженные под каре светлые волосы пушились, так что с ними явно не справлялась ни одна резинка. Чем-то она напоминала одуванчик. В её телосложении было что-то атлетическое. Грудь, на которой висело множество самых разных значков, она гордо выпячивала колесом. Каждый раз, когда она что-то произносила значки звонко перезванивались друг с другом, будто колокольчики.

– Через неделю привыкнешь – ответила девушка-одуванчик – потом у еды даже появится вкус.

Немного. Но появится. Я – Пенна, кстати. – она протянула руку для пожатия, – Пенна грей Куликова.

– Майя.

– Прессия нейтрализует любой вкус. Потому её и так сыпят куда можно и нельзя, даже в воду.

– А если не добавлять прессию, что будет?

– Попробуй не добавляй. Полуночник ох как не хочет, чтобы его студенты испытывали эмоции. А еда, особенно вкусная – способна вызвать такой спектр эмоций, лучше любого кофейного напитка.

– Кофе тоже запрещен?

Пенна заговорщически улыбнулась.

– Кофе нет и кофейные зерна тоже. Но вот только есть и пить это в кафетерии запрещено, даже на собственной кухне. Не дай ВремеНика, тебя застукают за этим делом в неположенном месте. Тут – Пенна обвела взглядом всю Чашечку – студенты только и выживают что за счёт кофе.

– И где такое положенное место?

– Я тебе покажу – ответила Пенна, доедая свой сэндвич.