Клинок Тьмы

для себя и своей родовы…

И теперь сидел и тщетно пытался сломать голову – Как помочь Петруше? Как… – и только над его головой поднимался клубами ароматный запах горелого табака, добытого отчаянным казаком в том памятном бою…

– Не ломай голову, отче! – раздалось за его спиной глухим, замогильным голосом, отчего Матвей вздрогнул – Права пифия была – чему быть, тому не миновать! Не переживай, с твоим внуком ничего не случиться… – и он услышал затылком только шорох сухой, прошлогодней травы и все…

Потом осторожно он взял в руки короткую палку, сунул в костер и когда она занялась, резко обернулся – никого! Только пара свежих отпечатков козьих копыт и всё…

– Чур меня! – и невольно осенил себя крестом – и вдруг…он замер, боясь спугнуть мысль, что вспыхнула в его измученном мозгу – он внезапно увидел…каким путем спасти внука от участи стать Спасителем человечества в новом, народившемся, но уже жестоком веке…

И когда он вроде бы стал разбираться во всех хитросплетениях судьбы внука, как вдруг вся картина подернулась на мгновение туманом, а вот то, что он увидел потом, чуть не свело ветерана войны с ума! Ему показали всего лишь несколько фрагментов из возможного пути развития цивилизации…

– Господи мой! Что же это такое будет? – плакал, стоя на коленях мой дед, перед затуманенным взором которого прошли, смазанные горькими слезами, туманные картины страшного будущего нарождающегося 20 – го века…

Огонь и Хаос двух великих войн! Горящая Герника и ужас Освенцима…Карибский кризис и Пламя Хиросимы…И словно в небе кружился, остывая, черный пепел невинных сотен тысяч человеческих душ и сердец, во мгновение ока превратившихся в сумрачные тени Ада людей…

А мой деда стоял на коленях…окаменев от того вселенского горя, что обрушилось на него! И только мелко дрожали его сухие и потрескавшиеся мгновенно губы, когда он шептал только одно – За что, Господи? Лучше возьми мою душу, оставь их и его в покое…Молю тебя, Отче!…

А вокруг разливалось веселое августовское солнце, а мой дед мгновенно побелел и стал, как лунь – седой…И на все вопросы он не отвечал, только горько смотрел на меня…в уголке его глаза дрожала одинокая, горькая слеза…А когда мы остались наедине, он еле – еле вытолкнул из пересохшей глотки вопрос – Зачем ты ЕГО нашел? Внучек, зачем…

А я непонимающе пожал плечами и глупо переспросил – Что нашел, деда? – у меня совсем вылетел из головы тот проклятый, ржавый, ножик…

Но время неумолимо и теперь я вспоминаю это…как уходил мой деда, он сгор