Эксперимент

Порой подруга сильно уставала от бездумных похождений замужней дамы. Жаклин абсолютно не знала нормы в плотских утехах.

Лилит осуждала ее поступки. Она не могла понять, как можно чистой духовно женщине тащить такую грязь в супружеское ложе. Но Жаклин взрослая девочка, сама разберется в своих путешествиях по мужским постелям. Лилит искренне удивлялась, как Жаклин могла просто так врать своему мужу, говорить, что любит и что он единственный прямо в глаза, после того как вылезла из чужой постели. То, что её муженёк, Филипп, до сих пор ничего не знает о её проделках – вообще была тайна, покрытая мраком.

Жаклин в очередной раз решительно перевела взгляд на Левиафана и улыбнулась во все тридцать два зуба. Это она лучше всего умела делать. Лилит на мгновение показалось, что она даже ревнует, но это было всего лишь мгновение.

– Ну? – нетерпеливо потребовала она хоть какой-нибудь жизни от сидящих за столом новоиспеченных знакомых.

– Это Левиафан. Жаклин. – Нехотя и немного стесняясь, представила Лилит свою подругу молодому человеку.

– Очень, приятно. – Левиафан встал и поцеловал Жаклин руку, чем чуть окончательно не свел с ума девушку.

– А это Марк! Мы только что познакомились в другом баре. Правда, он душка? – флирт и кокетство так и лились из её голоса и поведения.

– Он, я думаю, в твоём вкусе, Жаклин! – успокоила её Лилит.

Остаток ночи они провели вчетвером. Левиафан испепелял Лилит взглядом. Выражение его лица было непонятным. Такое сильное, манящее и пугающее одновременно.

Иногда она отвечала на его взгляды, пытаясь добавить себе цинизма и независимости. Лилит безумно хотелось задеть его так, чтобы он не захотел, чтобы эта ночь когда-нибудь кончилась. Девушка пустила в ход все свое обаяние и чары, тщательно маскируя свои мысли.

Но как она не старалась, как не смотрела на него и не улыбалась, под утро Левиафана откланялся и исчез.

Лилит осталась одна, потрясенная появлением молодого человека и огорченная его подлым исчезновением.

7

Почти полдень показывали стрелки часов, когда Лилит открыла глаза. Она потянулась, сладко улыбаясь, вспоминая о Левиафане, о прекрасно проведенном вечере и ночи и о том, как он так же прекрасно исчез под утро.