Ангелы

Нет, не мой шок, а то, что мы потом узнали.

Эти учебные здания, натыканные по всему нашему шарику, действительно являлись проводниками во взрослую жизнь, в такую, какой живут все люди во всем мире.

Мы с братом (к моему несчастью) оказались в одной группе, что заставило нас долгое время рассматривать вывешенное на стенде расписание. Там были очень странные предметы, я даже не догадывался, что такое можно изучать, что такому вообще надо учиться оказывается. Я не слышал от взрослых ни одного рассказа об этом университете, о том, как они учились, что изучали.

Не знаю, как насчет других городов, но в нашем студенческая жизнь оставалась между студентами и только. В жизни все люди пользовались только знаниями, полученными из этого заведения.

Пока брат таращился на расписание, я разглядывал бегающих вокруг студентов старших курсов. Все они были какие-то одинаковые. Нет, они не были близнецами, выражения их лиц были одинаковыми. Такие независимые, можно сказать горделивые. На тот момент я не мог понять, от чего двадцатилетний щегол или пигалица могли так возгордиться.

Мне просто было смешно смотреть на них. Проходящие мимо преподаватели напоминали павлинов. Их головы были высоко подняты, а сзади волочился раздутый, и очень заметный хвост пафоса.

Пока я рассматривал живую и не очень обстановку, Люцифер ткнул меня локтем в бок.

– Пошли! – скомандовал он и направился к дверям.

Я еще раз окинул взглядом помещение и улыбнулся. Как же я надеялся, что мне понравится это заведение! Мне уже нравилось расхаживать по огромному коридору первого этажа, украдкой разглядывая длинные и худые окна, слишком часто расположенные вдоль коридора и, конечно же, бегающие вокруг лица были неотразимы.

Вздохнув, я поплелся за братом. За первые пятнадцать минут проведенных в университете, я ощутил на себе столько различных взглядов и таинственных улыбок. Нет, дело не в том, что мы с братом невообразимые красавцы, хотя мы довольно-таки милы. Дело в том, что мы – близнецы. Достаточно нечастое явление, но то, как на нас смотрели, не имело к этому никого отношения.

Те взгляды и улыбки несли в себе другой смысл, тогда я не мог понять, какой конкретно. Во мне, как и в каждом из нас, была не плохая доля тщеславия, и, естественно, изучающие взгляды мне были приятны.

– Послушай! – окликнул меня братец, идущий впереди. – У нас завтра первый учебный день…и может, попробуем забыть последний не учебный? Хорошенько отгуляем в баре?

Я остановился. Идея брата была совсем не плоха.