Без Границ

Добравшись до работы, Виктория незаметно прокралась в свой кабинет, граничащий рядом с офисом Григория, и уселась за проект.

Но в тот день работать она не могла. У нее просто не получалось сосредоточиться на проекте. В голову беспрерывно лезли воспоминания необычной ночи, необычного места и утренней встречи с чудовищем.

Девушка в очередной раз набрала Харону и через два гудка в телефоне раздался тихий глубокий голос.

– Да, детка, – мужчина улыбнулся и Виктория четко видела перед глазами эту улыбку.

– Все нормально? – спросила она, откинувшись в кресле, запрокинув голову к потолку.

– Да. Почему ты спрашиваешь?

– Просто. А тебя ничего не смущает? – девушка рассматривала навесные потолки.

– Ты о своем самочувствии?

– Да. Необычно ведь, правда?

– Это нормальное явление… – Харон подошел к окну. – Такое бывает, когда ты находишься не в своем измерении. Организм начинает работать по-другому.

– Это была поистине потрясающая ночь и измерение. Харон, ты все-таки фантастичный! – шепотом сообщила Вика.

– Я рад, что у тебя океан неподдельных положительных чувств и мне, безусловно, льстит, что причина этих чувств – я.

Щеки снова вспыхнули, глаза закрылись. Девушка все еще чувствовала стеснение и смущение, находясь с демоном, слушая его речи, чувствуя его руки.

– Кстати, сегодня приготовленный тобою завтрак содержит в себе намного больше благодарности и обожествления, чем обычно. Воспринимаю это, как должное, уж прости. Ел с аппетитом, рассматривая картины с изображенным утренним прошлым, где ты готовишь этот завтрак, вкладывая в него душу.

Вика уже сидела вся красная, с улыбкой имбицила на губах. Как же ей были приятны слова демона, его похвалы и признания. Ради того, чтобы слышать их снова и снова, Вика была готова на многое.

– Ты можешь ничего мне не отвечать, – продолжил Харон с улыбкой на лице, – я знаю все, что сейчас с тобой происходит и какие чувства тебя переполняют. Я чувствую их на расстоянии. Они прекрасны. Виктория. Я жду тебя дома вечером.

Девушка слушала короткие, отрывистые гудки в телефоне, чувствуя, как, наконец, краснота отступает от лица, стыд ослабляет свою мертвую хватку. Как же хорошо с одной стороны было, что Харон был не таким навязчивым, как просто человеческие особи мужского пола. Но с другой стороны, Виктории не хватало напора.

Вика выпрямилась и чуть не подпрыгнула на кресле от неожиданности, увидев в дверях Григория.

– Боже… – выдохнула она, поправляя волосы, пряча глаза.