Чёрная вуаль

– А потом я краснею, как это яблоко на столе, и убегаю прочь от стыда.

Мы с Кариной расхохотались, я отступила от неё на шаг и взяла свой бокал.

– Попробовать стоит.

Карина тяжело выдохнула.

– Не знаю.

– Поехали сегодня?

Я опустилась грудью на стол, чтоб заглянуть Карине в глаза. Взгляды наши встретились, и она улыбнулась. В ответ Карина указала на свой синяк.

– Ха! Нашла причину! Первый день с косметикой знакома? У меня есть корректор, он замажет абсолютно всё! Всё, что надо и не надо.

– Эх, – Карина сделала глоток. – Хорошо.

– Подъедешь ко мне, я тебя накрашу и выдвинемся уже от меня в клуб.

Карина в ответ кивнула и допила остатки вина. Полминуты мы молчали, я болтала остатки вина в бокале, Карина крутила бутылку в руке.

– Довольно часто размышляю, можно ли поменять свой характер. Не чуть-чуть, а кардинально. Я бы хотела быть более жёсткой, что ли. Говорить нет, а не соглашаться, чтоб не обидеть человека. Прямо говорить, чего я хочу, а не зажиматься и стесняться, беспокоясь о том, что обо мне подумают, ведь так не положено, – Карина тяжело вздохнула и налила себе ещё вина.

– Кардинально, мне кажется, нельзя поменять себя. Только некоторые качества. Мы ведь с детства с определёнными характерами, а родители уже воспитанием добавляют что-то. Какие-то качества притупляются, какие-то выходят на передний план, – отозвалась я, сделав глоток.

– Какое качество в тебе могло притупиться, как ты думаешь?

– В смысле?

– Какое качество не проявилось бы в тебе, если б не родители.

Я серьёзно задумалась над её вопросом. Что мои родители сделали, чтобы какое-то качество, черта характера стала более выраженной. Копаясь в своих воспоминаниях, я наткнулась на те, которые тщательно стараюсь забыть, потому что они больше похожи на ошибку, чем на воспоминания.

Перед глазами я увидела маму с поясом в руках. Я была совсем маленькой, около восьми лет, с прогулки я пришла вся облепленная репьём, с подружками мы ползали по засыхающим цветникам и собирали семена, чтобы раскидать их в своих дворах.

– Жестокость, – тихо произнесла я.

– М?

– Жёсткость.