Лед в языках пламени

Кроме нее там больше никто не появлялся.

Тулий отпустил Серафима и отошел на пару шагов назад. Упершись в стол, его лицо исказилось от ярости и в следующий миг от стола осталась лишь куча пепла.

– Вон! – прорычал Тулий и начал голыми кулаками крошить мебель.

Выйдя на свежий воздух, я невольно оглянулся на двери шатра. Оттуда доносился треск ломающихся поленьев и глухой стук.

– Как думаешь, после того, что отец сегодня узнал, он их спалит?

Сплюнув на землю, пошел к своей палатке, не обращая внимания на болтовню Серафима.

Не спалил.

Тулий вышел из своего шатра с ободранными кулаками и красными от ярости глазами и приказал разведчикам проложить путь к деревне Снега, после чего засел в своем шатре среди обломков и сел прямо на полу, опустив голову. Он растратил весь свой жар и теперь не знал, хочет он уничтожить эту девку или ему все равно, что с ней случится.

– Она не может быть моей дочерью! Тварь! И мать ее! Рррррр! Наложила на себя руки! Как же я мог не замечать? – Тулий с силой зажал ладонями уши, чтобы почувствовать боль, чтобы хоть что-то почувствовать.

Тулий замер, услышав приближающиеся шаги и уставился в сторону входа.

– Отец, все в сборе.

– Агний, сын мой. – стиснув зубы проскрипел Тулий. – Подойди.

Я не мог ослушаться приказа и подошел к отцу, садясь рядом с ним.

– Ты замечал что-то странное у своей матери?

– Этот вопрос лучше задать Серафиму, я не обращал внимания.

– Верно-верно. – пробубнил Тулий. – Позови брата.

Я только собрался встать, как отец схватил меня за локоть и усадил обратно.

– Ты думаешь я не знаю о Серафиме?

Я непонимающе посмотрел на отца, и он пояснил.

– Он сильнее тебя и умнее, как бы ни срывался, но я все вижу, а что не вижу, мне докладывают.

– Тогда почему..?

– Потому что он слишком добрый. А в тебе есть ярость, которая со временем утихнет и станет твоей силой.

Отец откинул меня, не сумев удержаться на корточках я плюхнулся на пятую точку, но быстро поднялся на ноги и кивнул, хмуро смотря на отца.

– Теперь ты знаешь, что ждет тебя, если ты меня разочаруешь. – Тулий махнул рукой, показывая, что мне пора уходить.