Эпоха Ворона 1. Шпион

Я-то никак на цверга не походил. Ну, комплекция не та, прямые чёрные, как вороново крыло, волосы, глаза того же цвета, кожа оливковая, черты лица более мелкие, чем у гномов, а вот рост более крупный. В общем, различия и для невооружённого глаза были налицо.

Предаваясь размышлениям, я вдруг заметил, что агент как-то странно на меня смотрит. Это продолжалось каких-то несколько секунд, а затем, не говоря ни слова, он вышел.

Утром следующего дня в дверь моих апартаментов кто-то энергично постучал. Я был ещё в кровати и проспал всего около двух часов, поэтому совершенно не обрадовался предположительному посетителю.

– Кого там черти принесли?! – Мой хриплый спросонья голос чуть было не испугал меня самого.

– Э-э… Простите, господин Гонсалес! – басовито начал человек за дверью. – Мне поручено препроводить вас! Поэтому…

– Убирайтесь туда, откуда пришли! – начал закипать я. – И передайте вашему начальству, что…

– Ещё раз простите, господин Гонсалес! – напористо перебил меня обладатель баса.

– Ну ладно, ладно! Встаю! – неохотно начиная сползать с постели, сдался я.

Чёрт бы побрал это гадкое агентство национальной безопасности! Никакого уважения к личности.

За дверью оказался очередной двухметровый охранник. Их что, на конвейере производят, что ли?

– Очередной раз прошу прощения, господин Гонсалес, – пробасил он с укоризной в голосе. – Мы должны поторопиться, вы очень долго собирались…

– Долго?! Это я-то долго?! – не выдержал я.

– Точнее, одиннадцать минут и сорок четыре секунды, – отчеканил тот в ответ.

Да уж, тут спорить бесполезно. Себе дороже выйдет. Меня так и подмывало спросить, не робот ли он, но я себя сдержал.

Мы промаршировали по коридору до лифта, поднялись на пару этажей и прошли пропускной пункт, где сидел охранник, как родной брат похожий на моего сопровождающего. Затем, немного пропетляв по коридорам, мы остановились у одной из множества безликих дверей, в которую и постучал мой провожатый.

В тесном помещении выдержанного в строгом стиле кабинета находилось несколько человек. Все они расположились вокруг массивного прямоугольного стола, во главе которого восседал Ной Вебер. Справа от него сидел мрачный как туча Ваковский, а слева профессор Крайзман.