Девочка с самокатом

Достаточно пары движений для того, чтобы Эмбер сбросила оцепенение и ринулась прочь.

Тот, кто за рулём, что-то кричит ей вслед, но – кем бы он ни был – Эмбер не собирается останавливаться.

О том, что пикапу достаточно развернуться и пару раз газануть, чтобы в два счёта догнать её, Эмбер не думает. Адреналин гонит её вперёд – до тех пор, пока пронзительно-яркий мир не начинает тускнеть перед глазами, превращаясь во всё то, что она уже видела тысячу раз.

– 2-

В аптеке мистер Льюис, сухонький старичок в огромных очках, медленно отвешивает ей всё необходимое.

Эмбер следит за его морщинистыми руками, за пальцами, покрытыми старческой «гречкой», и думает о том, каким вообще образом ему удалось пережить Апокалипсис. Мистер Льюис выглядит так, будто и в те времена уже ходил с палочкой, согнувшись, не в силах совладать с лёгким тремором рук, и, сколько ни старайся, не получится представить его удирающим от бешеных зомби (возможно – удирающим от бешеных зомби на самокате).

С другой стороны, его вполне можно представить заколачивающим двери и окна своего дома, чтобы переждать всё самое страшное.

Или прячущимся в убежище-бункере, о которых Эмбер рассказывали те, кто постарше.

Самым простым вариантом, конечно, было бы спросить напрямую, но она уже который раз не решается. Ответом на прямой вопрос будет в лучшем случае получасовая исповедь поучительным тоном, в худшем – рассуждения о том, какая теперь ужасная молодёжь, как мало Эмбер знает об истории появления живых мертвецов и как он был бы счастлив ни за что на свете не обслуживать таких покупателей.

Поэтому Эмбер молчит.

Глядя на сухую ромашку – в пакетике перемешались листья и лепестки, грязно-белое крошево вместе с зелёным, – в своих мыслях она заново проезжает по короткой дороге, и каждый новый мысленный раз отличается от предыдущего. Иногда зомби нет – нет совсем, иногда их намного больше, чем действительно было, иногда она уходит от них, иногда они её догоняют.

Никто не знает и не может сказать, каково это – стать живым мертвецом.

Те, кто прошёл короткий путь от укуса до заражения (хотя порой он совсем не короткий – иногда обращение занимает несколько дней), уже ничего не расскажут, а другим остаётся только догадываться. По телевизору говорят: учёные всё ещё работают над тем, чтобы найти лекарство, выдумать какую-нибудь сыворотку, остановить заражение, но люди перед экранами только смеются. По большому счёту, они научились жить с этим.