Сегодня… Это все, что у нас есть

Я перерыла весь автомобиль, но не нашла ничего, чтобы освободиться. И вот мы на квартире. Она современная, чистая, уютная, не большая.

Приняв душ, я не смогла расслабиться, все тело просто болело от дрожи и огня, я словно рассыпалась на кусочки в этой агонии адреналина и страшной боли.

– Я знаю, что ты мне не доверяешь цветочек, но у тебя нет выхода. Я тоже тебе не доверяю, поэтому придется тебе меня потерпеть. Я не так уж плох, возможно.

На моем запястье снова щелкнул замок и ощутился холод. Я вздохнула, нервно выдав смешок.

– Ладно, меня ведь никто не спрашивает. Замечательно.

В этот раз он пристегнул наши правые руки друг к другу, чем вызвал мое негодование, которое считал по моему взгляду. Он лег на правый бок, его рука выпрямилась, утягивая меня следом. Я легла на нее и слегка отодвинулась, чтобы не ощущать его за спиной, хотя бы кожей. Я слышала его дыхание над своим ухом, и это уничтожало меня внутренне. Мне хотелось вскочить и бежать, подальше от него. Его бешеный взгляд въелся в меня, а в ушах с примесью его дыхания звучали выстрелы, тошнотворно и омерзительно, разъедая меня.

Он казался тираном, холодным, расчетливым, безжалостным, таким я видела его и так его ощущала. И моя жизнь в его руках, словно бумажный листок, намокший в луже, одно движение и порвется.

Утром мы снова меняли место дислокации, машину, квартиру, иногда города, каждый день в течение нескольких недель. И каждый раз, я была пристегнута к нему на цепь, холодную и металлическую цепку. Мы редко говорили, практически молчали.

Иногда он разбавлял тишину пошлыми гадостями, чем ковал мою неприязнь глубже. Неприязнь, если это можно так назвать, мягко.  Он не смотрел на меня с глазами дикого волка или как маньяк на жертву, это был просто холодный отстраненный взгляд, безразличный на то, существую я или нет.

Мы ехали в неизвестном мне направлении, пока я не увидела аэропорт. В груди раздались выстрелы радости, страха и надежды.

– Ты позволишь мне улететь?

С горящими глазами, словно у ребенка спросила я, смотря на его профиль.

– Я б на твоем месте так не радовался, мы просто проверим, следят за тобой или нет в аэропорту. Если что-то пойдет не так, и ты не сядешь в самолет, твое имя будет в списке, его тут же пробьют. И хорошо если они поймут, что ты не Кейтлин. Я не знаю, кто ее видел и сможет узнать. Тогда в опасности будешь не только ты, но и твоя семья.

– Что? О Боже, я не могу, я не хочу так рисковать. Что мне делать? Черт.