История, которую мы никогда не знали

Слезко, так тот позже вышел в заведующие отделом пропаганды и агитации ЦК КПСС, но следствием, естественно, допрошен не был – И.К.).

Впрочем, как и не будут забыты имена офицеров КГБ: К.М.Иванова, Н.И.Петроченко, В.Н.Копейко, Г.П.Бусыфгина, Н.А.Татаркина, Д.П.Давыдова (некоторые из них до сих пор работают на руководящих должностях в аппарате управления ФСБ РФ по Томской области – И.К.).

Есть в УК РФ странная статья об ответственности за сокрытие преступлений. Могла она объявить преступницей, к примеру, и мать, которая не смогла донести на родного сына, повинного в уголовном деянии.

Но зато ни разу она, оставаясь глухонемой, не оборотилась на власть имущих, когда те скрывали преступления своих предшественников, от которых им по наследству власть перешла. А ведь принимая наследство – принимают и долги. И по-другому не бывает. Но в глазах истории этот вопрос давно решен.

И значит – нет ему срока давности. Значит – преступно скрывать документы об этих преступлениях. И когда офицеры госбезопасности прячут их в архивах – они в глазах людских совершают преступление.

И не чувствуют угрызений совести, да и не могут их испытывать – ведь они всего лишь выполняют приказ.

Жил в закрытой зане Томска-7 пенсионер Сафрон Петрович Карпов, в органах НКВД – НКГБ – МГБ прослужил с 1935 по 1956 год, изрядный срок – в Колпашеве, причем в самые расстрельные годы. Состряпал он не одно обвинительное заключение по делу «террористической эсеро-монархической повстанческой организации», подписанных им собственноручно.

В целом только по этим делам было репрессировано несколько десятков человек.

«Повстанцам», которые были выявлены бдительным Сафроном Петровичем, стреляли в затылок из нагана, трупы сваливали в ямы, вырытые во дворе нарымского окротдела НКВД, и пересыпали мертвые тела хлоркой, как того требовала старая медицинская инструкция ОГПУ. И вот они-то весной 1979 года поплыли по Оби.

Но нет у меня цели перечислять поименно всех колпашевских палачей -неблагодарное это занятие. Это один – два штриха, чтобы отчетливее было видно, что офицеры госбезопасности покрывают и кого они покрывают.

Ложь! Люди любознательные и совестливые о многом уже дознались. Василий Ханевич из Томска составил мартиролог на погибших одного-единственного сибирского села Белосток, где жили переселенцы из Гродненской, Витебской и Виленской губерний, белорусы и поляки. Свозили из Белостока людей в Колпашево, а там их чекисты убивали, выполняя спущенную сверху разнарядку.