«ФЕВРАЛЬ» и другие истории

Когда Февраль примерил свитер, Виви поняла, что не ошиблась: лиловый идеально сочетался с его глазами. А вот с размером вышла промашка – рукава оказались слишком длинными. Он подкатал их, скупо поблагодарил и продолжил чтение.

Разобрав покупки, Виви достала два стакана и заполнила их овсяным молоком.

– Будешь?

Взгляд Февраля медленно оторвался от книги и обратился к ней. Он взял стакан и в три больших глотка осушил его.

– Неплохое пойло, – оценил он. – Но я люблю кофе. Особенно по вечерам.

– Как твоя рана? – спросила она.

– О, мне уже лучше. Завтра и вовсе пройдёт.

И он снова погрузился в чтение. Так, будто Виви здесь и вовсе не было. Но она была, и у неё остались вопросы.

– Слушай, всё, что случилось сегодня… – она с трудом подбирала слова, помогая себе жестами, – птица, потом ты, потом эта твоя история… Не соизволишь ли объяснить всё толком?

– Соизволю ли? – Февраль усмехнулся, захлопывая книгу и переводя взгляд на хозяйку квартиры. – А ты всегда разговариваешь так, будто проглотила парочку словарей и закусила романами Джейн Остин?

– Только когда очень злюсь, – отчеканила Виви, нахмурившись.

Февраль расхохотался.

– Скажешь тоже, какой же я чужой? Я ведь каждый год прихожу. Для удобства даже можешь звать меня Февом.

И он улыбнулся, демонстрируя дружелюбие. Но его улыбка едва ли была способна тронуть сердце Виви.

– Так ты ответишь? – она поджала губы.

– Что ты хочешь знать? – Февраль по-прежнему глядел на неё чуть насмешливо, и это жутко её раздражало.

– Всю историю с самого начала, – потребовала она. – Откуда ты взялся и зачем?

– Всё это страшно банально и неинтересно, – начал он неохотно. – Я и мои братья существуем ещё с начала времён. Нам поручили присматривать за сменой сезонов, каждый из двенадцати братьев следит за своим месяцем. Регулирует дожди, снега, периоды цветения и увядания… Скука, в общем. Из года в год, из века в век мы занимаемся этим. Так себе работёнка, я тебе скажу.

– Ты работаешь всего один самый короткий месяц в году – не тебе жаловаться! – подначила его Виви.

– Ты ничего не понимаешь! – возмутился Февраль. – Ладно бы я был Июнем – я купался бы в людской любви. А так слушаешь только проклятия и недовольства в свой адрес. Хоть совсем увольняйся с этой работы… что я, кстати, и собирался сделать, но мои любимые братишки взяли меня за шкирку и вышвырнули из нашего уютного домика сюда, на землю.