Золото Жизни

– Боевые фрегаты, да дальними бы резисторами… да, долго, так для флота самое то, мы вон половину эсминцев патрульных и то разобрали по обозам «выключатели» понавешали, на защите одни крейсера[16 - Крейсер – класс средних военных космических кораблей, способных выполнять боевые задачи независимо от основного флота. Основная боевая единица космических соединений. Вооружается средними резисторными и плазменно-лучевыми орудиями. Подразделяются на стандартные и тяжелые, имеющие улучшенные характеристики. Экипаж – до двадцати пять человек, космической пехоты – до трехсот пятидесяти бойцов у тяжелого крейсера.

– И что?! Один «Разин» чего стоит, а уж про «Ермака» молчу, – отвечал Степ.

– Так пираты все на корветы[17 - Корвет – класс малых и быстрых боевых кораблей, предназначенных для несения сторожевой и конвойной службы. Вооружается один-двумя резисторными орудиями. Экипаж – до десяти человек, космической пехоты – до шестидесяти человек.] переходят, ты его мало того, что не догонишь, ты его и не увидишь!

– Да пусть лазят, мелочь эта, нашим пилотам даже на обозах не страшны.

– А что нам Объединенное Правительство? С рейнджерами вроде все, дело законченное.

– Это ты так думаешь, а у них что на уме, не разберем.

– И то верно…

Ник тогда не совсем понимал суть этого разговора, зато со временем сполна познал все перипетии космической политики.

Так получилось, что интересовавшая Ника тема вооружения, раскрылась для него неожиданно, когда ему стало плохо в конце путешествия до Шинкеле.

– Все будет хорошо, – констатировал он.

И тут Николас решил задать вопрос о вооружении Тима. И, к своему удивлению, услышал удовлетворяющий ответ.

– Это хороший боевой скафандр. С прочной, тугоплавкой подложкой в виде кольчуги. Так ее не увидишь, но она есть. Делают только для атаманов, да их сотни – личной охраны.

– И как бы мне такой? – поинтересовался Ник.

– Ишь ты какой, он стоит огромных эдж. Ты, давай, иди работай, а то Ваня тебя небось заждался. Он на мостике.

Время летело на корабле, складывая дни в недели, а недели в месяцы. Прошел почти год, прежде чем «Маруся» добралась до цели. Хоть об этом и не говорили, но Николас был уверен, что экипаж, с которым он путешествовал, был далеко не гражданским.