Сказки-притчи

Возможно, я даже переболел оспой в юности, и вообще не заболею,» – задумчиво сказал третий.

«Но на твоем теле нет оспенных отметин,– начал первый и осёкся,– опять твоё «Кто-то должен»? – теплый отвар полился из большого чайника на детские плечи, – я пока не буду мыть лицо, чтобы раньше времени не потревожить ранку.»

Вскоре девочка была завернута в самый маленький халат, укрывавший её, как одеяло, ящик с хирургическими инструментами открыт, а двое мудрецов обнажили плечи для прививки.

В два крошечных надреза на каждом левом плече Мудрец поместил по одной чешуйке со щеки ребёнка и крепко забинтовал.

Первую сыпь заметили у одного из мудрецов к рассвету, когда он переливал кроваво-красный настой толченого черного риса. К концу следующего дня оба уже не могли встать. Жар, озноб, потом снова жар. Третий мудрец сбивался с ног подавая воду, обтирая пот, меняя повязки и мокрые простыни.

Малышка сидела на полу в одном из углов, перебирая свои драгоценные камешки, с интересом наблюдая за замысловатой игрой, в которую играл этот взрослый насупленный человек, изредка ловя на себе взгляд его внимательных серых глаз.

В середине ночи наступило затишье, и Мудрец, устроив девочку вместе с халатом на своём тюфяке, сел рядом. Три свечи, зажженные у постелей больных, давали достаточно света, чтобы был виден блеск её открытых равнодушных глаз. Она лежала молча, только упрямо сжимала в кулачках камни, не позволяя забрать их даже на время сна.

«Пожалуй, я расскажу тебе сказку.

«Когда-то давно в одинокой хижине недалеко от высокогорной деревни Моссури, жил маленький мальчик со своей мамой. Окрестные земли были плодородны, лес, сад и огород приносили достаточно, чтобы жизнь казалась мальчику безбедной. Целыми днями он лазал по деревьям и скалам, загорая до черноты. Лежал в послеобеденный час в пахучих травах на остывающих склонах, глядя в высокое белёсо-голубое небо. А по вечерам, засыпая на тёплых нежных руках, мальчик чувствовал абсолютное счастье и думал, что так будет всё время.

Но однажды, птицы абабиль принесли в деревню неизвестную хворь. Многие жители окрестных мест заболели, слегла и его мать. Сначала она смеялась, подбадривая его, говорила, чтобы он не подходил близко, и что она через день – другой встанет, как не бывало. Потом у неё уже не было сил разговаривать, и она только улыбалась, завидев его, побледневшими губами.